Сеть развернулась метров на пятьдесят и неслась по дорожке, уходившей прямо, расширяя ее до тех же пятидесяти метров. Видно было, как что-то пытается ее увести вправо, но она сопротивлялась, держала направление. Удалялась быстро, буквально несколько секунд, и она продвинулась почти на двести метров. И внезапно остановилась.
Из всей команды только я этим обеспокоился. Хилков на сеть внимания почти не обращал, создавая вариант местной системы залпового огня. Перед ним висели шесть искрящихся шаров, сантиметров тридцати диаметром, напоминающих мне любимое заклинание — шаровую молнию. Шары располагались один за другим, и княжич как раз создавал седьмой, когда в сети появилась прореха. Сначала небольшая, метр на метр, она начала быстро расширяться.
Хилков улыбнулся, небрежно хлопнул в ладоши, и первый шар сорвался с места. Словно комета, со шлейфом из искр, он влетел в прореху и рванул. Сильно. Не будь у нас тятьтевского купола, опять валяться мне на земле. А так только деревья посносило вокруг. А княжич не останавливался. Один за другим еще шесть шаров взорвались за сетью, было хорошо видно, как очистилась территория от деревьев, снега и вообще ото всего.
Судя по создаваемым заклинаниям, княжич был сильнее меня в несколько десятков раз. С моим новым учителем Силой он находился примерно на одном уровне, значит, как тут считают, третий круг? В хорошую компанию я попал.
Хилков тем временем ускорился и создавал один шар за другим, с промежутком не более секунды, зачищая и без того пустынную территорию. Сеть тем временем начала двигаться по краям, смыкая их где-то позади места взрывов. Обстрел прекратился, когда она наконец превратилась в большой вязаный чулок пятнадцати метров диаметром и высотой в пятьдесят. Впрочем, верхняя часть тут же образовала узел, не давая чему-то внутри нее вырваться наружу.
— Что там? — задал вертевшийся у меня на языке вопрос Тятьев.
— Не знаю, — Хилков даже не запыхался. Он лениво стряхивал снег с кафтана. — Но определенно что-то есть. Никуда не денется, ловчая сеть и не такое держала.
— Неплохая штука, — раздался голос сбоку. — А силенок-то хватит удержать?
Мы дружно повернулись.
В десяти метрах от нас, насмешливо улыбаясь, стоял невысокий мужчина средних лет, в аккуратном полушубке, явно утепленных штанах и коротких сапожках. Мощный лоб уходил лысиной вверх, клиновидная бородка под усами, скуластое лицо и прищур глаз мне кого-то напоминали. Да что там кого-то, я хоть пионером не был, но дедушку Ленина на картинках видел. Похож, не то чтобы одно лицо, но определенно что-то общее было.
— Хватит, — спокойно ответил Хилков. — Только надо ли?
— Нет, — лже-Ленин замахал всполохами перстней, унизывавших пальцы. — Там и нет ничего.
— Совсем?
— Да, — застенчиво кивнул мужчина. — С чем пожаловали?
— Я — стольник колдовского приказа Жилинского княжества боярин Тятьев, это стольник того же приказа княжич Хилков, — выступил вперед боярин. — С нами Марк Травин, из княжьей канцелярии подьячий. Здесь для инспекции деревеньки Полесной.
В отличие от Хилкова Тятьев был явно напряжен.
— А, понятно. Так вам туда, — незнакомец махнул перстнями в обратную сторону. — Пройдете с километр, там и будет ваша деревенька. Только я бы вам туда ходить не советовал.
— Почему? — поинтересовался боярин.
— Место нехорошее, — незнакомец пожал плечами, скорчил забавную рожицу, отчего на лбу образовались разнонаправленные складки. — Говорят, люди там пропадают. Хотя я вижу, вы господа знатные, значит — одаренные, за себя постоять можете, так что идите, не бойтесь. А хотите, я вас провожу?
— Не откажемся, — Тятьев чуть поклонился. — А можно ли узнать, с кем нам довелось встретиться?
— Отчего же нет, — незнакомец поклонился в ответ. — Я — Феодор Игнатов, бывший лекарь, подданный Рязанского княжества, живу тут неподалеку в деревеньке Алексеевке служилых дворян Шиловских.
Я с сомнением покосился на перстни лекаря.
— Так мы сейчас на рязанской земле? — уточнил Тятьев.
— Точной границы нет, — покачал головой Игнатов, — вот уже двести лет эти леса в общем владении.
— Верно, — Хилков кивнул, — так что, идем?
Игнатов спокойно обошел нас, повернулся спиной и двинулся в нужном направлении. Как раз туда, откуда мы пришли. Судя по напряженным лицам стольников, в лекарское прошлое незнакомца они верить не собирались, ну и хорошо, пусть будут начеку.
Мы шли обратно, к поляне, но дорога существенно изменилась. Если раньше это был накатанный путь шириной в несколько метров, то теперь он превратился в узкую утоптанную тропу, на удивление прямую, словно не ее прокладывали в лесу, а деревья сажали вдоль уже готового пути. Монета меж тем исправно подавала сигнал, ее отбросило взрывом, но на эксплуатационные качество это не повлияло. И отметка сигнала была точно на том же месте, где мы монету оставили. Я попытался сказать это Хилкову, но тот остановил меня, подняв ладонь вверх и кивнув. Ладно, раз они в курсе, все идет по плану. Хороший у них план. Наверняка.
