Со времен ветхозаветных пророков Иштар-Астарта (ровно как и ее «мужской» синоним — Астарот) изгонялась из мiра людей. Познав единого Бога, о ней забыли. Но вот прошли тысячелетия, и нагая всадница вновь вырвалась из небытия, пронеслась по виртуальным дорогам Интернета и оказалась здесь, у истоков Дона. Она ликовала. Может быть, впервые за долгие века ей вновь принесли человеческую жертву. Случилось это в тихом Северо-Задонске.
Распятое тело мученика Христова нашли быстро. Милиционеры соседнего с Северо-Задонском города Донского, на территории которого было совершено преступление, сработали четко. Через считаные часы они задержали подозреваемых. Ими оказались Артем З. и Иван К. Подростки признались в совершенном убийстве. И не только в нем одном. Они привели следственную группу к неприметному, обшитому серыми досками дому, задний двор которого выходит на болото.
Дом казался нежилым. Впрочем, как всегда. (Старушка, живущая по соседству лет пятьдесят, говорила нам, что ни разу не переступала этого порога. И почти никто не переступал. Кроме бабушки Ульяны, единственной подруги хозяйки тихого жилища.).
Г.Л. Жилинская, прокурор: «З. и К. привели нас к дому по адресу Железнодорожная, 20. Здесь, по их словам, месяц назад было совершено еще одно преступление. То, что они рассказывали, было чудовищно. В это трудно было поверить. Мы предложили им войти внутрь. З. нервно ответил: «Ни за что! Иначе я сдохну!»
В конце мая этот дом уже привлекал наше внимание. Тогда неподалеку был обнаружен труп мужчины. Метрах в пятидесяти нашли большую лужу крови. Она находилась перед калиткой дома номер 20. Оперативники стали стучаться. В ответ хозяйка дома Зинаида Петровна Кузина подняла неистовый крик. Она вопила, чтобы мы не смели переступать порог ее усадьбы. Откуда ни возьмись, появилась еще более старая бабушка. Оказалось, это и есть Ульяна, единственная подруга Кузиной. Она тоже начала громко кричать, что в этом благочестивом доме ничего плохого быть не может. Оперативники были обескуражены. Как завороженные, они ушли.
Кстати, Ульяна живет от своей подруги не так уж и близко. Как она оказалась там в тот момент? Просто удивительно… Что же могло быть в этом доме? Почему нас не пускали? Теперь остается только догадываться».
Месяц спустя, когда З. и К. привели милиционеров к тому же дому, все было иначе. Под неистовый лай двух цепных псов следователи постучали в дверь. Открыла сама семидесятитрехлетняя хозяйка. Благообразная, в очках и в чистеньком платочке. Манера говорить — ласковая. Голосок звонкий, словно девичий.
Что же увидели милиционеры в столь нелюдимом доме? В красном углу — иконка. На столике — стопка написанных от руки акафистов, молитв. Оперативники смутились. Они ждали чего-то другого. Но тут с разрешения хозяйки кто-то снял со стены икону и удивился: под выдвижным стеклом лежали пять довольно крупных черных крестов. На похоронах такие кладут обычно в руки покойников. Это обстоятельство озадачило и священника, к которому позже обратились милиционеры.
Неуместными здесь казались и несколько вырезок журнальных статей. Да, они как-то не сочетались с иконами и молитвами. Одна статья называлась «Орудует сатана», а другая — «Рогатые дьяволы». Но это еще, конечно, ни о чем не говорило. В целом же домик имел вполне благопристойный вид. Вот только запах… Отвратительный, непонятный запах так и преследовал в каждой комнате.
Впоследствии работники правоохранительных органов почитают и «молитовки» Зинаиды Петровны. И удивятся еще больше… Но это будет потом. А пока обыски были сделаны на квартирах задержанных подростков.
Вы обращали внимание: стены домов, заборы, школьные тетрадки размалеваны одинаковыми рисунками, скорее даже символами; испещрены однотипными, острыми, колкими шрифтами. Словно одной рукой нарисовано. Что ж, так оно и есть. Еще знаменитый психиатр Ломброзо обращал внимание: «Одну из характерных особенностей художественного творчества сумасшедших составляет почти постоянное употребление письменных знаков вместе с рисунками, а в этих последних — изобилие символов, иероглифов. Такие смешанные произведения чрезвычайно походят на живопись японцев, индийцев, на старинные стенные картины египтян». «От себя также добавим, что сочинения алхимиков, розенкрейцеров и других масонских ассоциаций, вскисших на дрожжах тайного халдео-иудейского учения, т. е. каббалы… содержат огромное количество подобных же рисунков и знаков. Для того, чтобы увидеть единство «почерка», а точнее сказать — единый источник информации, достаточно сравнить иллюстрации из книги Ломброзо… с диаграммами из оккультной энциклопедии Мэнли П. Холла… Весьма тонко также уловил д-р Ломброзо некоторую… связь между рисунками сумасшедших и «стенными картинами египтян», которые, как правило, являются символическими изображениями тайных доктрин герметического эзотеризма, применяемых для инициаций, т. е. для вывода мага определенного уровня на прямую связь с СПМ (существами паралельного мipa, т. е. бесами. — Ю.В)» [81].
