И это всего за несколько часов прогулки. А ведь слова действительно заставляли задуматься о чем-то более важном, чем домашнее задание по русскому. Мысли нравственно воспитывают человека, дают толчок к развитию. Так что, спрашивается, поможет мне больше в жизни? Склонение числительных или умение думать и понимать?
Мы – свободные. Мы хотим быть свободными. И я тоже.
Постепенно становилось прохладнее и темнее, а людей вокруг – все меньше. Встречались в основном те, кто спешил с работы. В общем потоке мы с Аленой шли по главной улице, восхищаясь песней Канцлера Ги и понимая, что время уже немного позднее. Оставалось лишь дойти до остановки и сесть на автобус, чтобы доехать до дома, когда сзади послышался свист. Я обернулась. За нами, с мороженым в руках, шел Никита.
– Привет, а ты чего тут делаешь? – с легким подозрением спросила Алена и скрестила на груди руки.
– Просто шел с тренировки, а тут на́ тебе. – Он хохотнул, скинул с плеча рюкзак и, достав дневник, протянул его мне. – Держи, ты у классухи забыла.
– О… Спасибо. – Вот это новость. Я убрала дневник в небольшой черный рюкзак и задумалась над тем, какая стала рассеянная. – А ты откуда?
Мы вместе направились к остановке, но с главной улицы свернули, решив срезать путь дворами.
– Я же сказал, с тренировки.
– Ну, в смысле, чем ты занимаешься? – Я неловко на него посмотрела и потерла шею. Мы столько знакомы, но я практически ничего о нем не знаю.
– О, Никитка у нас будущий чемпион мира по плаванию!
– Это точно. – Парень смущенно улыбнулся и взглянул на Алену. Если честно, я впервые видела его таким беззаботным и расслабленным.
– А давно занимаешься?
– Да, достаточно. С четвертого класса.
– Есть какой-нибудь разряд?
– Есть, конечно. Но какой – не скажу. Попробуй догадаться.
Никита усмехнулся, а затем свернул меж домов, за каким-то большим продуктовым магазином. Идти оставалось всего ничего, но внезапно он остановился.
– Тихо…
Мы с Аленой переглянулись и всмотрелись в темноту. Впереди, у больших мусорных баков, стояло несколько силуэтов. Кажется, четыре человека. Опасно это – сталкиваться в закоулках неизвестно с кем, потому мы решили найти другой путь, но…
– Эй, Насть, смотри. Это не Ромка?
– Я не знаю. – Сощурившись, я вгляделась вперед.
Один крупный парень явно отсчитывал купюры, причем немало. Стоящий напротив, почесав затылок, принял пачку. Еще кто-то пристально наблюдал за происходящим, а последний парень что-то набирал в телефоне. Никита дернул меня за локоть и отвел за каменное ограждение вокруг магазина. Из этого укрытия мы продолжили наблюдать за происходящим.
– Пошлите уже, не наше это дело, одни проблемки тут, – хмуро сказала Алена и сползла по ограждению вниз.
– Там Рома. И, кажется, Егор… Или нет? – не отрывая взгляда, спросила я.
– И что? Это не наше дело. Идем! – Алена дернула меня за ногу.
Я увидела, как среднего роста парень поднимает с земли рюкзак, достает коробку и передает Ромке ее, а затем еще несколько небольших пакетиков.
– Это Леха, – заявил Никита, вглядываясь в незнакомца. – Я почти уверен. Он выпустился же недавно… Подрабатывает в этом районе.
– Лешка-кулак? – Я удивленно нахмурилась, вспоминая, как он выглядел раньше, в далеком детстве. – Что они делают?
– Если честно, я не знаю. – Никита облизнул губы и выкинул палочку из-под мороженого. – Я слышал, что он торгует наркотиками, как хорошего качества, так и не очень. Но это всего лишь слухи.
– Наркотики? Это же серьезно…
– Как он до сих пор не попался? – встряла Алена.
– Ну, по тем же слухам, – Никита пожал плечами и застегнул рюкзак, – у них слишком много людей, которые за этим следят, чтобы облажаться. Их никто не подставляет, конкурентов в городе нет.
– А ты откуда знаешь? Я о таком даже не подозревала, хотя уже должна была, по идее.
Я снова посмотрела за магазин. Егор достал тетрадку, что-то записал, кивнул, и все четверо разошлись в разные стороны. Стало совсем-совсем тихо, только шумели проезжающие машины.
– Тебе о них знать и не надо. – Никита поднялся, закинул на спину рюкзак и сунул руки в карманы.
– Ты откуда знаешь? – повторила я, так и не дождавшись ответа на вопрос.
Алена поднялась, отряхнулась и поправила джинсы, недовольно цокая языком, видимо, в желании поскорее уйти отсюда.
– Мне есть откуда узнавать. Я со многими в доверительных отношениях. А такие отношения, знаешь ли, не стоит предавать лишней болтовней.
– Это странно, Никит. Вызывает нехорошие подозрения. Это уже не шуточки со жвачками за пару рублей. – Я хмыкнула.
Он замолчал. Наверное, это действительно чужая тайна. Или он вредничает? А может, просто напридумывал, чтобы впечатлить кого-то из нас или испугать? Во всяком случае, увиденное остается увиденным. Об остальном можно лишь догадываться.