– Джеймс, ты очень правильно выразился. Я хочу вернуться к своему любимому делу вновь. Для этого должна восторжествовать справедливость, какой её вижу я – в глазах всех. И как к ней правильно подвести, к пониманию справедливости – будет моей главной задачей.
– Стоит полагать, справедливость – когда ты будешь в топе, а остальные люди-адвокаты всё так же не будут выдерживать конкуренцию роботов, которых ты оправдаешь.
– В общих чертах верно.
– Ты всё такой же самонадеянный засранец, как и раньше, – он хлопнул меня по плечу, – ты бы зашёл к нам с женой в гости, уже месяца два не был.
– Договорились, по окончанию соберёмся у тебя отпраздновать. А пока я пойду к своему роботу. Времени очень мало, завтра первое слушание.
Впервые в истории гостем полицейского участка в качестве взятого под стражу был не человек. Я сидел в комнате для встреч. Охранники завели внутрь робота-адвоката. Но выглядел он совсем не по-адвокатски. На его механизированных руках были надеты наручники, хотя вряд ли это было вынужденной мерой. В данном случае – просто требованием закона. Стражи правопорядка расстегнули замок. Человек бы сразу стал потирать запястья в местах, где их только что сковывал металл. Роботу было всё равно. Полицейские вышли, оставив нас вдвоём.
TRIAL-KU присел на стул, положив руки перед собой.
– Ну что же здравствуй, – начал я, – меня назначили твоим защитником. Суд состоится завтра, потому у нас мало времени. Ты не против, если я буду называть тебя Триал?
Ответ не прозвучал. Робот смотрел на меня, и спустя десяток секунд задал вопрос:
– Вы ненавидите меня?
– Почему? За что мне тебя ненавидеть?
– За то, что я представитель области прогресса, лишившей таких как вы практически всей основной работы. А затем, будучи воплощением адвокатского ремесла, нарушил его принципы, тем самым осквернив.
– Нет. Я тебя не ненавижу.
– Ваша ненависть будет нормальной реакцией. Практически все люди-адвокаты ненавидят нас, или хотя бы испытывают неприязнь. И хоть я не могу ощутить, что собой представляют эти чувства, я понимаю их значения и последствия, которые возникают после их появления в человеке. Вы можете быть со мной откровенными.
– Нет. Я серьезно. О какой неприязни может идти речь? Я восхищаюсь вами. Вы – это произведение искусства, вершина творения человеческой научной мысли. Я убеждён, что нельзя допустить вашей утилизации. И давай начнём с того, что откровенным со мной будешь ты.
– С радостью. Я хочу вам помочь.
– В данной обстановке в помощи нуждаешься ты сам. Возможно, такое не предусмотрено твоими программами, но мы имеем то, что имеем.
– Да вы правы. Это для меня непривычно.
– Психологический контакт как адвокату с клиентом мне с тобой устанавливать не обязательно, и мы можем сразу перейти к делу, не теряя времени, я прав?
– Конечно, я установлю с вами психологический контакт в ходе нашего разговора.
– Начнём с начала – ты во время судебного заседания обвинил своего клиента в совершении множества преступлений.
– Не судите и не судимыми будете, как любят говорить люди, верно? Я, кажется, попался на этом.
– Сторона обвинения будет приписывать тебе нарушения закона о правилах адвокатской этики. И сам ты тоже не отрицаешь, что нарушил правила, ведь ты только что сказал об этом.
– Вы правы. Отрицать очевидное – это качество, присущее исключительно людям.
Я пропускал провокационные реплики мимо ушей, продолжая:
– В данной ситуации ни один человек не смог бы выкрутиться, как бы ни старался всё отрицать. Нам с тобой важно продумать нашу линию, и придерживаться ее.
– Да-да. Я её уже продумал.
– Хорошо, – я откинулся на спинку стула, – озвучь, может я вообще зря здесь сижу.
– Нет, я не хочу влиять на ваше решение. Сначала всё взвесить и просчитать должны вы, а моя информация будет лишь корректировкой. Если я скажу её сейчас – она станет основным вектором для ваших дальнейших размышлений.
– Ты осознаешь, что завтра не будет судей-роботов, с которыми ты сталкивался каждый день на заседаниях? Для них, разумеется, не существует эмоций, ничего кроме буквы закона. Но человек – устроен по-другому. Судить тебя будут люди, а потому я не уверен, что ты можешь безукоризненно просчитать как себя с ними правильно вести. Здесь советы давать тебе буду я.
– Вы считаете себя более тонким психологом?
Я слегка растерялся от такого вопроса, заданного роботом:
– Пожалуй да, ты так не думаешь?
– В меня заложены курсы базовой психологии, социальной коммуникации, рефлексивной психологии, возрастной психологии, психологии личности, психогенетики, психодиагностики, педагогической психологии… и ещё много других дисциплин, но я не хочу, чтобы это прозвучало, словно я пытаюсь надавить на вас своим авторитетом в данной области познания. Нет. Я думаю, что могу предугадать ваш ход мыслей, после моих слов, и вы абсолютно правы. Это лишь сухая информация. Теория. Вы правы, в психологии вы лучший дока, нежели я. Потому здесь я склоняю перед вами шляпу, жаль, её у меня нет. Да и выглядел бы я в ней нелепо. Нерационально.
