Ты ждешь меня в спальне, но я иду на кухню. Синий пластик и алюминий. Этот цвет выбирал я. Твоя бы воля, ты бы все сделал серо-коричневым. Немарким. Очень практично. Очень похоже на тебя. Холодный керамогранит под босыми ступнями. Он всегда холодный, даже в жару. Холодный и практичный. Как и ты. На столе меня ждет пачка любимого брусничного морса и чистый стакан. Высокий, без рисунка. Никаких изысков. Такие продают большими коробками со скидкой. Уверен, ты так и купил, коробку. Выгодно и просто. Я, наверное, тоже выгодный. Глотаю терпкую сладость. Тянуть дальше бессмысленно. Иду в спальню.
Я был прав в своих предположениях – ты собираешься максимально растянуть удовольствие. Выпутываешь меня из халата медленно. Открываешь небольшой участок кожи и тщательно зацеловываешь его. Мне скучно бездействие, но я могу лишь подставляться под поцелуи и извиваться, стараясь выскользнуть из махрового плена. Большего ты мне не позволяешь. Ты сильнее. Это мы выяснили еще в первый мой проигрыш. Ты все равно все сделаешь по-своему. Но к моменту полного разоблачения я уже готов драться, чтобы прекратить эту пытку. Меня мелко трясет от издевательской легкости твоих поцелуев. Я в бешенстве. Ты чувствуешь это. Поэтому, как только с моих рук соскальзывают мешающие двигаться рукава, ты блокируешь жестким захватом. Оглаживаешь свободной рукой хозяйским жестом. Да. Вот теперь как надо. Теперь так, как я хочу. Сильно и жестко. Если уж берешь, то бери. Покажи, что вправе. Ты знаешь мое тело лучше, чем отличник таблицу умножения. Ты знаешь, что мне нужно. Но никогда не откажешь себе в удовольствии меня помучить. Это твой способ демонстрации власти. Глупо. А я ничего не могу поделать. Ты выиграл. Игровой долг – долг чести. Да, это еще глупее. Но мы сейчас не в интеллекте соревнуемся. Изворачиваюсь в твоих руках и встаю на четвереньки. Сбрасываю на пол подушку. Покачиваюсь, устанавливая поудобнее все четыре кости. Оборачиваюсь через плечо. Ты кусаешь губу. Да, это даже не провокация. Чего ты ждешь?
- Мерзавец.
В твоем шепоте нет осуждения. Никогда по-настоящему не было. Только констатация факта. И еще в нем я слышу, как ты скучал. Я тоже скучал, но не признаюсь в этом даже себе. Мне нужна эта привязанность. Я выиграю, возьму свой выигрыш и уйду. На этом все закончится. Мне кажется, ты понимаешь это. И иногда мне кажется, что ты боишься проиграть.
Ты и не собирался меня растягивать. Я ругаюсь сквозь зубы, но принимаю тебя до последнего сантиметра. Выгнувшись, как похотливая кошка, максимально открываясь тебе навстречу. Хорошо, что я умею расслабляться. Иначе наверняка отказался бы от таких удовольствий. Вплоть до полной «натурализации». Ненавижу боль. Я знаю, ты специально. Тебе нравится этот момент, когда я, избегая боли, подставляюсь тебе по-блядски. В жопу гордость. Наслаждайся моим падением. Для тебя не жалко. Я не сдерживаю стона. Ты впиваешься в меня руками, заставляя замереть. Похоже, не слишком тебе помог минет. Ухмыляюсь в подушку и мстительно двигаю тазом вверх-вниз, чуть сокращая внутренние мышцы. Не сильно, но тебе хватает, чтоб зарычать. Ты прижимаешь меня к постели. Ноги разъезжаются в стороны, и меня сплющивает под тобой в позе давленной лягушки. Покорно вздыхаю и перестаю выпендриваться. Себе дороже. Я всегда знаю, когда пора перестать испытывать твое терпение. Но всегда захожу чуть дальше, чем самому хотелось бы.
