– Надеюсь, этот идиот заблокировал свою систему, – бурчала Орли, – иначе Комитет в один клик прочтет всю его систему.
– Не психуй, – колко ответил Нат, но весьма кстати.
– Вас насторожил сектор четыре. Правила таковы, что восемь человек сектора принимают на себя две ветви. Но есть одно «но», – произнес Вахо. – Я лично вынужден просить седьмой сектор взять на себя Премьер-министра.
– Что? – пропищала Руни.
В тот момент она так не походила на солдата!..
Герд не терял бдительности.
– Прошу пояснить.
– Конечно, – отзывался Вахо. – Как я уже упоминал, имеются конкретные даты и места проведения операций. Премьер-министр каждые вторые выходные месяца посещает увеселительные заведения в компании Министра внутренних дел, в то время как последний поддерживает тесный контакт с Министром иностранных дел. Это единственный запутанный треугольник среди веток, с которыми мы работаем. Мы не имеем возможности разделить этих людей между разными секторами, иначе возникает угроза срыва операции. Вы меня понимаете?
– Вполне, – Герду совсем не нравился такой поворот событий.
Это означало, что одного из министров пришьет не два или три человека, а только один. Учитывая специфику дела, человек сильно рисковал собственной жизнью и жизнью команды-сектора.
– И каково ваше решение? – спросил Вахо.
– Мы бы хотели это обсудить в секторе, – непоколебимо заявил Герд.
– Тогда давайте устроим перерыв. Сектора три, пять и шесть могут обсудить с нами даты и места своих операций.
Сектор три – пять человек – подошли к кафедре и юноше с компьютером. Их наставник достал бумагу и карандаш и велел одному из команды записывать. Остальные разбрелись по залам, в поисках пищи и свежего воздуха. От этих обсуждений голова шла кругом и все время выступала испарина на лбу. За нашим столом сидели все – никто не посмел шевельнуться, только мне оказалось на все плевать.
– Что скажете? – навеселе спросил Киану.
– Нам не оставили выбора, – праведно злился Нат.
– Вас никто не принуждает, – повторил давно заученную фразу Герд, – вы можете уйти. Когда захотите.
– Прямо сейчас, что ли? – взбеленилась Орли. Похоже, не одну меня раздражало все происходящее и, как следствие, грядущее. – Когда на карту поставили само Правительство?
– Орли…– одернул Ной.
– Мы справимся, – влезла я. – Так или иначе, мы подготовлены. И выбора на самом деле нет, хотите вы того или нет.
Все умолкли.
В глазах Киану я видела единомышленника – того, кто полностью разделяет сложившееся мнение. В глазах Герда – замешательство. И что-то подсказывало мне: оно напрямую связано с тем замыслом, что я в нем учуяла. А потом поняла, что сбило его с толку: мое согласие и подчинение. Его многолетний труд ,относительно беспокойного ребенка Волчьего Ущелья, оправдан: он идет до конца, не останавливаясь на полпути от достигнутого.
– Прекрасно, – заявила Орли. – То есть, если ты одна будешь заниматься Премьер-министром, ты справишься, да?
– Вы все справитесь, если потребуется, – поразительно, сколько хладнокровия можно унаследовать от своего равнодушного воспитателя.
– Орли, перестань щетиниться. Я тебя не узнаю, – сказал Киану. – Мы сделаем все возможное, и вы все это понимаете.
– Ваше решение? – Герд специально не вмешивался, зная, что его слово весомее всех наших вместе взятых.
– Согласны, – подытожил Киану.
– Прогуляйтесь, – отпустил Герд.
Все разом встали и растворились в подземном царстве. Мы с Гердом сидели неподвижно, буравя друг друга глазами. Ни за что не начну первая – пусть сам попытается подступиться. Как бы то ни было, тогда я ненавидела его всем своим существом. Но он молчал. Я не придала значения ни этому молчанию, ни словам Орли.
Другие сектора продолжали беседовать с Вахо и делать какие-т пометки в своих листах. Нас учили запоминать все без посредников. Это был один из существеннейших навыков в нашей деятельности. Но на лицах всех и каждого продолжала сохраняться некая растерянность, которую не в силах была сокрыть даже ответственность поручаемого дела.
Герд направился к Вахо; я сидела на стуле, съехал спиной вниз, и смотрела куда-то перед собой. Это был глупейший ступор, наступающий в подобных ситуациях.
– Здравствуй, – услышала нарочито притягательный голос.
Рядом присел молодой человек. Расположился он в полуоборот, положив одну руку на стол, и чуть наклоняясь корпусом в мо сторону. Теперь я начинала думать, как наемник, знакомый с азами психологии: положение тела располагающее собеседника к себе. Белое лицо аристократа выдает раннюю молодость и честолюбивые амбиции. В глазах кроется хитрость, внешние данные полностью очаровывали ради выгоды. В нем не было ничего настоящего – как и во всех тех, кого собрала в себе эта сокрытая богом земля.
В знак приветствия я слегка повела головой и улыбнулась.
– Я из четвертой.
– Восемь человек, – вспомнила я.
– Да, – он так и пылал включенными навыками ищейки. – Вы на нас сердитесь?
– С чего бы?
– Взять на себя три человека нелегко.
– Все мы в одной лодке, – и чего он прицепился? – Что тебе нужно? – вопрос резкий, но по существу.
