Я жалел, что быстро расстался с Дезель. Надо было попросить ее навеять мне хорошие сны или хотя подсказать средство, как избавиться от кошмаров. Думаю, за ту или иную волшебную безделушку фея пошла бы мне навстречу. Но я, как обычно, не сумел сориентироваться вовремя, и теперь мне оставалось только корить себя. Я не смог бы вызвать Дезель своими чарами, она просто не придет. Избавиться от кошмарных снов о Серене я тоже не мог сам. Стоило приблизиться к гостинице, в которой я остановился, и меня охватил дикий страх при одной мысли о том, чтобы положить голову на подушку. Ведь тогда мне снова присниться она.
Золотые в моем кошельке протяжно звякнули, как будто смеялись надо мной. Странная вещь этот кошелек, который мне вернули, но который я никогда не терял. Ведь память мне не отказывала. Но однажды достав его из кармана я удивился так, что чуть его не выронил. На нем вдруг появился блестящий герб графов де Онори. Мой собственный герб. Но его ведь давно уже не существует. Он не мог быть вышит на этой вещи, потому что и сам герб, и семья, которой он принадлежал, и даже королевство, в котором она проживала, были стерты с земли уже так много лет назад. Конечно, с ходом времени я не начинал чувствовать себя старше или стареть, но вещь, просуществовавшая на свете столько же лет, сколько я, давно бы уже обратилась в прах.
Герб исчез с кошелька, едва я стал рассматривать его внимательнее, но монеты все еще протяжно звенели, подзывая ко мне воров и грабителей. Пару раз я ловил за руку карманников и будто бы случайно ломал им кости. Одного моего легкого пожатия вполне хватало, чтобы сломать человеку руку. Странно, что золото звенело только в те моменты, когда рядом оказывались какие-либо сомнительные личности. Вот и сейчас оно будто запело и завибрировало в кармане, едва я заметил в узком проулке компанию бандитов. Я тут же прочел их мысли, узнал об их намерениях и ножах в карманах. Я готов был передраться со всеми, моих сил и магической ловкости было бы для этого достаточно. Только в последний момент я сообразил, а не разумнее было бы отдать кошелек им. Пусть забирают мое несчастье и наслаждаются. В любом случае от этого золота им проблем достанется больше, чем мне.
Жаль только, что они уже бросились ко мне. А я такой тугодум, даже не догадался, что бы им сказать. Один быстрый прыжок и я взмыл на крышу. Они даже не успели проследить за моим движением и стояли, растерянно озираясь внизу. Не брось я им вниз одну монету, и они бы даже сообразили, что я уже сижу на высоком карнизе возле дымоходной трубы. Без лестницы трубочиста сюда было и не добраться, но мой короткий плащ развевался, как крылья. Что, однако, их не впечатлило. Они еще не были знакомы с дьяволом и, заметив, что я наверху, решили меня достать. Вот и настал тот момент, чтобы бросить вниз весь кошелек, что я и сделал. Маленький, но тяжелый груз ударился о земли с таким неприятным звуком, будто был вовсе и не кошельком, а вырезанным у кого-то сердцем или желудком. Возможно, мне лишь почудилось, что монеты издали долгий обиженный стон.
Забыв обо мне в один миг, лихие молодчики начали подбирать золото с тротуара. До меня донеслись ругать и ссора из-за монет. Пора было исчезать, чтобы, подобрав все, они не вспомнили обо мне. Но я не смог. Какое-то движение внизу привлекло меня. Я заметил фигуру в просторной накидке с капюшоном и, кажется, щупальца, тянущиеся по камням мостовой. А потом услышал испуганные возгласы.
Нужно уходить. Я поднялся и решил перепрыгнуть на крышу соседнего здания, а потом дальше. Черепица скользила под подошвами башмаков, но я мог легко карабкаться по крышам, как кошка. Только от одного воспоминания о щупальцах, которые могут обвить сейчас даже эту дымоходную трубу, меня замутило.
- Голова кружится, да? - нежный детский голос прозвучал совсем близко, но я заметил крошечную фигурку лишь далеко у дымоходной трубы одного из ближайших домов. Неужели ребенок вылез ночью из окна, чтобы играть на крыше. Все это я уже видел когда-то. Куклы и марионетки, разбросанные вокруг и будто двигающиеся самостоятельно, изящную головку девочки с огненного цвета кудрями, ее крохотные руки, крепко сжимающие какую-то игрушку. Да, только этой игрушки я еще не видел. Это было сердце, словно только что вырванное из груди, красное и кровоточащие. Издалека казалось, что глаза девочки тоже кровоточат. Вот тот миг, когда я должен был бы проснуться. Но я не просыпался. Это все был не сон.
Я полез в карман, неожиданно ощутив в нем привычную тяжесть. Проклятый кошелек снова очутился на месте. Этого и стоило ожидать. Взяв что-то у фей, уже обычно не можешь от этого избавиться. Но, допустим, я бросил вниз не его, а что-то другое. Что же это было тогда?
