Хельга неосознанно замахнулась на Ирен, и Эля вновь придержала её руку. Она не могла слушать признания никого ни Ирен, ни Хельги о Гари. Ей хотелось закрыть уши руками и …бежать отсюда куда подальше. Но…
— Хельга, — сказала она, — Ирен говорит правду. Гари любил её, а не тебя. Он сам мне это сказал несколько минут назад, правда, будучи под наркотиками. Он признался мне, что мечтал о свидании с Ирен …почти целый год…
— Что? — Хельга застыла статуей, глядя на Ирен. — Он любит тебя уже целый год?
Ирен не смогла скрыть довольной улыбки. — А я, что вам говорила? Милый мой, Гари, зачем я тебя опоила? Надо было просто вызвать тебя на откровенный разговор… — девушка блаженно закатила глаза. — И как же ты умело скрывал свою любовь… Милый, теперь я помогу тебе всем, чем могу.
— Тогда говори прямо сейчас. — Сдержав боль в голосе, сказала Эля. — Он отвернулась от Ирен, потому что не могла смотреть на её счастливое лицо. — Говори, что ты знаешь о письме матери Гари.
— А можно я сяду. Голова уже болит… Стол такой жёсткий.
Эля кивнула. Она отошла от стола и села на стул. Мойра и Хельга тоже сели на стулья и в упор смотрели на Ирен, которая не решилась слезть со стола, и осталась сидеть на нём, лишь спустив с него ноги.
— Да, есть письмо матери Гари, написанное на арабском языке. — Заговорила Ирен. — Отец пытался его перевести, но почему-то был уверен, что перевод не точный.
— Почему? — Спросила Эля.
Ире посмотрела на неё таким взглядом, что она почувствовала, что содержание письма… не для чужих ушей. Она быстро кивнула Ирен и произнесла. — Хорошо, тогда пока мы об этом говорить не станем. Где сейчас письмо?
— В архиве отца в его офисе в сейфе.
— Значит, оно сейчас в полиции. — Эля встала, но вновь села и спросила. — Этим ты шантажировала Гари? — Ирен кивнула. — А чем ты шантажировала Мойру?
— Не говори! — Вдруг воскликнула Мойра и …встала между Ирен и Элей. — Эля, я прошу, не спрашивай. Тогда это не будет моей тайной. Я не хочу, что бы все знали мою тайну, по крайней мере, пока я не выйду замуж за Эдама Смита.
Эля на мгновение опешила, но тут же утвердительно кивнула. — Хорошо. Пусть будет так, как хочешь ты. — Она посмотрела на Хельгу. — А у тебя есть вопросы к Ирен?
Девушка немного подумала и отрицательно мотнула головой. — Нет. Вопросов нет, но есть желание доказать, что она врёт… Гари не может любить её. Я не поверю в это, Эля! Я бы это заметила… А я этого не замечала..
— Потому что любовь слепа. — Усмехнулась Ирен и тут же подтянула ноги к себе, потому что Хельга быстро рванулась к ней.
— Попридержи язык! Доска ещё в моей руке! Меня все вокруг обманывали столько лет. — Хельгу было не остановить. — Отец заставил сдать анализ ДНК и сказал, что я родная его дочь. Мама в то же время убеждала, что это неправда и заставляла обратить внимание на Гари. Я поверила ей и влюбилась в него. — Она посмотрела на Элю. — Затем приехала ты, и всё вновь закрутилось, но уже в обратную сторону. Вы убедили меня, что Эд мой родной отец, а Гари — брат, и я отвернулась от него. В моей душе даже наступило спокойствие… И, что потом случилось? Потом выяснилось, что мой отец — Сэм и … тут появился Эрик Гофф. — Хельга замолчала и на её лице появилась блаженная улыбка. Он такой милый и …
— Ой, Хельга, — удивилась Мойра, — ты в него влюбилась? А как же Гари?
Девушка хмыкнула. — Сама не пойму, но только теперь я поняла, что Гари и Джо — они мои братья и …это всё. А вот Эрик? Он что-то совсем другое…
— Значит, ты мне отдашь Гари? — Спросила Ирен. — Не станешь больше драться со мной?
Хельга стрельнула в неё взглядом. — Буду, пока не буду уверена, что ты нам не врёшь. Ну, не верю я тебе…. Не верю. Хоть убейте, не верю я ей!
— Всё хватит! — Приказала всем Эля и встала со стула. — Слушать вас, у меня нет больше сил. Устроили здесь делёжку мужского тела на «моё» и «твоё». Лично я вообще не уверена, может ли Гари кого-то любить? Сейчас я уверена лишь в одном — он очень хороший артист. Играет так убедительно. Вот, он даже меня убедил в том, что влюблён в …Ирен. Теперь разбирайтесь без меня.
Она окинула напоследок девушек взглядом и быстро вышла из кухни.
Почти час Эля лежала в пенной ванне и старалась ни о чём не думать. Ей надо было восстановить душевное равновесие, но оно никак не восстанавливалось. Ей нужно было приложить много сил, что бы ни подойти к двери комнаты Гари и не войти в неё. Она сделала над собой усилие и не стали ничего выяснять. Ирен убедила её в том, что с Гари утром всё будет хорошо. Поэтому она оставила заботу о нём Оун и Марселине. Сама решила заняться собой.
И теперь Эля лежала в тёплой воде и мечтала о том, что бы завтра утром она даже не вспомнила о том, что на свете есть такой мужчина, как Гари Фокс.
