— Не попробуем — так и не узнаем. Но вы своих инженеров сначала к нам в Кишкино пришлите, пусть посмотрят на единственный пока модельный огородный трактор, а заодно прикинут, как быстро они смогут повторить эту незамысловатую конструкцию. С учетом того, что вам… им мотор пойдет уже шестицилинлровый, в двадцать восемь сил, и дизельный. А вы подумаете, где для нового трактора стартеры брать и аккумуляторы. Подсказываю: чисто теоретически стартеры смогут и в Ворсме изготовить, но немного и лишь для начала, а про аккумуляторы я просто не знаю — но, думаю, вы и знающих людей отыскать сможете.
— А когда все твои предложения окажутся пшиком и мы планы сорвем уже окончательно…
— То вы просто начальству скажете, что повелись на обещания Шарлатана, который сулил горы златые — а вы ему просто не смогли не поверить, ведь даже сам товарищ Сталин ему доверял.
— Ну ты и авантюрист!
— Шарлатан я. И об этом все знают.
— Когда к тебе в деревню инженеров присылать?
— А чего они сейчас бесплатно по домам-то сидят? Вызовите их, со мной в самолет посадите — а завтра-послезавтра они поездом вернутся и вам об увиденном доложат.
— Все у тебя так просто…
— Но результат-то каждому виден! Я и у вас, пока сюда ехал, павловские автобусы на улице заметил.
— Заманчиво ты говоришь, но, боюсь, заводчанам все это очень не понравится.
— Ну да, ведь всерьез работать придется. Но есть такая штука, как партийная дисциплина, про комсомольский энтузиазм забывать тоже не стоит. Особенно про комсомольский: вы еще с Маринкой Чугуновой поговорите про энтузиазм этот, она вам много про стимулы для комсомольцев рассказать сможет.
— Это второй секретарь обкома комсомола? Она вроде твоя родственница?
— Да, четвероюродная племянница, или тетка, мы так до конца не разобрались. Но если родословную копнуть, ты тоже оба можете оказаться моими пятиюродными дядьками… или внуками. Но учтите: стимулы там непростые будут, и утверждать их вам придется. Обидев при этом, почти наверняка обидев, некоторых заводских коммунистов. Примерно так же, как на ГАЗе товарищ Сталин обидел Липгарда и всю его шоблу…
— А вот это уже… интересно. Мы эту Чугунову пригласить в ближайшее время сможем?
— Вряд ли, она вдова с тремя детьми, младшему и года нет. Но у вас же самолет, полчаса до Горького.
— Это самолет Смоленского авиазавода, Дмитрий Михайлович его вообще на день поносить взял.
— Это плохо, придется вам на машине в Горький ехать. Или себе самолет завести.
— И кто его нам даст?
— Дмитрий Михайлович же первый секретарь смоленского обкома? Мы можем попозже и про смоленский авиазавод поговорить, есть у меня некоторые по этому поводу мысли. Но не срочные! — добавил я, глядя, как напряглись мои собеседники. — Сначала забудем про тракторные заводы, и вот потом…
— Кажется, я начинаю понимать, почему в Горьковской области на тебя чуть ли не молятся, — хмыкнул Георгий Николаевич. — значит так договариваемся: завтра… да, завтра к тебе в деревню наши инженеры приедут, я постараюсь с товарищем Чугуновой на неделе встретиться, Дмитрию Михайловичу тоже есть уже над чем подумать. А затем мы с тобой…
— Вы без меня. Я вам больше не нужен: в тракторах я все равно ничего не понимаю, и вообще в любых заводах. Я понимаю, как правильно над проблемами думать — но вы уже и сами поняли, как это делать правильно, а это как не велосипеде кататься: один раз получилось — и всю жизнь вы на нем кататься сможете без проблем. Второй раз этому уже учиться никогда не придется…
— Вовка, а ты не знаешь, почему мне тебя стукнуть хочется?
— Нет. Но я знаю, что вы меня уже никогда не стукните, и знаю почему.
— Ну что, закончим на этом? Пошли, Шарлатан, угостим тебя обедом, а потом и домой отправим. Но если что, ты же хотя бы по телефону совет дать сможешь?
— Я вам совет сразу дам, причем на все обозримое будущее достаточный: вы всегда в любой проблеме сами сможете разобраться если эту проблему рассмотреть с определенной стороны. Вот именно так на все проблемы и смотрите: мол, забыть бы о тебе и никогда больше не вспоминать. И уже исходя из этого начинайте думать, что для такого забвения нужно сделать.
— Да ты философ!
— Шарлатан я. Шар-ла-тан. А что у нас на обед будет? Надеюсь, кабачки в меню не значатся?
Все же приятно работать со взрослыми, умными и решительными мужчинами! И очень полезно в плане культурного развития: товарищ Сергиенко (главный инженер Павловского автозавода) до Нового года придумал (я специально записал и подсчитал) четырнадцать эпитетов к слову «шарлатан». Это не считая матерных, на которые мне намекали, но никто при мне их не воспроизводил, так что их количество мне осталось неизвестно. А эпитеты он придумывал каждый раз после встреч с инженерами двух тракторных заводов, так как каждая такая встреча приводила к серьезной корректировке планов по строительству заводика в Ваче. А переделка планов по строительству уже частично заработавшего завода — дело исключительно муторное, да и затратное. Однако польза от всех этих корректировок была, причем взаимная, и Павлово получало приличные бонусы, и «трактористы».
