На Владимирском тракторном тоже все было несколько печально: планы по производству не выполнялись, очень много тракторов сходили с конвейера, мягко говоря, не должного качества, себестоимость тракторов вообще устремлялась в космос (потому что за заводе любая изготовленная без брака деталь была поводом для праздника). И никто ничего с этим поделать просто не мог. Я, конечно, тоже ничего поделать не мог — но меня вообще не для «поделывания» два первых секретаря обкомов пригласили. Да и на семинар они оба приехали вовсе не от безделья: все же дяди были опытными управленцами и им было очень важно понять, каким образом мелкий Шарлатан устроил дело так, что вот уже несколько заводов на Нижегородчине и заработали почти сразу на плановую мощность, и продукцию выдают высшего мирового качества. И не объедают при этом и государственный, и даже областной бюджеты. А особенно сильно их интересовал Павловский автобусный: совершенно государственный завод ежесуточно выпускал по сто с лишним тонн цельнометаллических автобусов, не получая из госфондов ни грамма стали! И если просто смотреть в отчеты, в которых расписывались объемы поставок всякого разного сырья в соотношении с объемами выпускаемой продукции, тот тут и в чудо можно поверить, попутно опровергнув закон сохранения массы — но дядьки были суровыми практиками и коммунистами, в чудеса априори не верящими, так что им пришлось поверить во что-то другое. А конкретно в то, что одиннадцатилетний мальчишка умеет творить чудеса уже сугубо на управленческом уровне. То есть на уровне их компетенций — и освоить сотворение подобных чудес они сочли своим долгом.
А я, что было самым забавным во всей этой истории, очень даже неплохо мог в этом помочь. И для этого мне даже не требовалось хотя бы немного разбираться в проблемах тракторостроения, потому что очень много профессионалов наверняка в этом разбираются куда как лучше, чем я даже теоретически смогу этому научиться. А с моей точки зрения проблемой было как раз то, что эти профессионалы просто не хотели свои профессиональные знания правильно применить. Кто по лености, кто опасаясь «как бы чего не случилось», кто просто не сообразив, что он какую-то важную проблему решить в состоянии…
И для меня самым интересным было то, что два первых секретаря точно так же «знали, как проблему решить, но не знали, что они это знают». Поэтому я, отправляясь во Владимир, решил сделать так, чтобы эти в целом неплохие дядьки просто осознали, что они проблемы все решить могут, и на это даже сил не очень много потратят. А сделать это можно было, используя один старый, применяемый еще с начала семидесятых, способ программистов-постановщиков задач. Способ, который в мое время чуть ли не официально среди программистов именовался «допросом третьей степени с пристрастием»…
Суть метода заключалась в выяснении того, что же заказчику на самом деле нужно, потому что если делать то, что он хочет, получится мусор: этот заказчик просто не понимает, что он хочет получить на самом деле. А в процессе выяснения этого обе стороны приходят к пониманию того, что же они на самом деле хотят получить — и, что для меня сейчас было важнее всего (так как никакие программы я писать не собирался) — это полностью и в деталях понимает именно «заказчик».
Меня в их предложении «приехать и помочь» больше всего устраивало то, что оба они сами очень хотели во всем этом разобраться: тракторные заводы для них были буквально «камнем на шее». Во Владимире полностью укомплектованный завод едва вышел на двадцать процентов от плановой производительности, да и то половину тракторов сразу после поступления на МТС нужно было капитально ремонтировать. А в Смоленске получилось еще смешнее: завод тоже целиком укомплектовали, но смогли за месяц изготовить всего один-единственный трактор, да и то он с главного конвейера смог сойти наполовину. То есть реально наполовину, сломавшись точно в тот момент, когда передняя часть уже на землю сошла, а задняя с кабиной так на конвейере и осталась. И за это оба получили соответствующие воздействия от руководства страны, но лучше от этого никому не стало. Так что я был убежден, что ко мне они обратились (да и на семинар приехали) буквально от безысходности: у них все идет не так, а в Горьковской области уже много заводов почти сразу вышли на полную мощность и работают практически без брака. А посланные на эти заводы гонцы возвращались с одним и тем же ответом:
— Нам Шарлатан сказал так работать, мы и работаем как он сказал…
Но никто так и не смог толком объяснить, что же конкретно этот самый Шарлатан говорил…
