С румынами тоже весело вышло: все исконно-болгарские территории снова были включены в состав Болгарии, но на очень интересных условиях: в Добрудже, которая официально входила в юрисдикцию Болгарии, временно (на двадцать лет) действовало советское уголовное законодательство, а местные жители в процессе призыва в армию имели право выбирать, идти им служить в болгарскую армию или в советскую. Что тоже было в принципе довольно разумным: там почти четверть населения была все же русскоговорящей. Точнее, с русскими корнями, и болгарский язык они (как, скажем, другая половина населения, состоящая из болгар) не знали совсем.
В общем, географию мне пришлось учить заново, да и вообще всем ее пришлось переучивать. И не только мировую географию или географию СССР, даже в родном Павловском районе произошли серьезные изменения. Не территориальные, но вот с транспортом в районе все изменилось очень сильно, и особенно сильно начали меняться в районе дороги. Не железные, обычные: в СССР в больших количествах пошли германские грузовики, а для них и дороги требовалось нормальные все же обустроить — и теперь почти каждый проселок быстрыми темпами превращался в шоссе. А решением правительства завод автотракторного инструмента с этим инструментом начал быстренько завязывать и приступил к производству на германских шасси небольших автобусов. Эти шасси от «Опель-Блица» под автобусы годились куда как лучше, чем горьковские от полуторок, и их немцы могли поставлять очень много — а автобусов в стране точно не хватало. А раз уж на заводе (во времена еще инструментального производства) наловчились из разбитых машин делать вполне себе пассажирские локомотивчики для узкоколеек, то и с автобусами заводчане должны были справиться…
Должны были и уже справлялись. Даже успели до октября два автобуса сделать, и они теперь ходили на линии из Ворсмы в Горький и из Павлова в Арзамас. На другие маршруты их старались пока не ставить, так как не было ни малейшей уверенности в том, что эти автобусы внезапно не сломаются. Настолько уверенности не было, что на автобусах даже армейские рации поставили, чтобы при необходимости подмогу вызвать — но пока вроде все с ними нормально было. И приехавшие в Павлово инженеры-автомобилисты уже прикидывали, как бы наладить производство металлических кузовов из «местного материала» — но пока они прикидывали, были остановлены и две печи в Ворсме. Ну уж больно дорогим металл в маленьких печах оказывался, а кислородные машины, на них установленные, можно было и в более интересных проектах задействовать.
Можно стало их задействовать потому, что в Павлово «внезапно» появилась довольно мощная ГРЭС, то есть «государственная районная электростанция». Оборудование на ней, правда, было «не совсем новым», туда привезли полученные в качестве репараций из Венгрии две установки по шесть мегаватт, а местные умельцы (с Ворсменского котельного) венгерские (а на самом деле австрийские) котлы слегка так доработали и теперь электростанции прекрасно заработали на торфе. Но это тоже «временно»: еще в Павлово выстроили на самом деле здоровенный «биогазовый» завод и уже следующей весной электростанцию эту собирались переводить на газ: не забыли местные власти о расчетах товарища Смирнова по поводу «большей энергетической эффективности» вырабатываемого микробами из торфа газа. А «новую» электростанцию в Ворсме изначально собирались на газу запускать (туда прибыла новенькая, уже австрийская электростанция с одним девятимегаваттным генератором и под нее сразу же и новый «биогазховый» завод строить начали — и всем хотелось, чтобы эта станция работала именно максимально эффективно.
А чтобы эту «эффективность» на полную катушку использовать, снятые с Ворменского металлургического газоразделительые установки поставили для очистки получаемого в реакторах метана. Причем сразу же их и обкатали, на «старом» Ворсменском же газовом заводике — и у меня по этому поводу возникли определенные интересные мысли, вот только мысль о том, как остальные мысли реализовать, у меня так и не родилась пока. Пока не родилась, но я эту мысль постоянно думал. А еще довольно часто думал, а уж не ляпнул ли я во время разговора с товарищем Сталиным лишнего. То есть в целом я был абсолютно уверен в том, что сказанное мною лишним для страны точнее не будет, но вот как мои слова воспримут теперь «руководящие товарищи», у меня понимания не было. Впрочем, парочку кузявых отмазок я уже придумал, а вот уровень их кузявости покажет время. Или не покажет: я все же не был уверен, что на мои слова товарищ Сталин хотя бы минимальное внимание обратит…
Директор генераторного завода с интересом выслушал пришедшего к нему с очередной идеей Вовку-шарлатана. Фантазия у мальчишки действительно была уж очень необузданной, но ведь пока что практически все, что он предлагал, оказывалось очень для страны полезным. Ну и для Ворсмы, и для всего района тоже — так что прерывать мальчишку он точно не собирался. А когда мальчик закончил, он решил уточнить:
