Уважаемый доктор Ротхаузер!
Расследование идет не так гладко, как я полагала. Во-первых, среди выпускников средней школы Коронадо 2000 года никакой Авы Лондон не числится. Я посмотрела более поздние даты, вплоть до 2005 года, и более ранние. За последние пятьдесят лет ученицы с таким именем в списках школы нет. Затем я проверила все средние школы Лаббока и выяснила, что и там Ава Лондон никогда не училась. Тогда я начала поиск в окрестных городках.
В результате мне удалось обнаружить Аву Лондон, ученицу выпускного класса 2000 года, в Браунфилде. Это примерно в часе езды от Лаббока. Она действительно была капитаном группы поддержки местной футбольной команды. Отец, руководитель крупной нефтяной компании, покончил с собой. Так что, похоже, это та самая женщина, которая вас интересует. В данный момент я нахожусь в городской публичной библиотеке Браунфилда, просматриваю ежегодник школы за 2000 год. В нем есть несколько фотографий Авы Лондон, они соответствуют фото доктора Авы Лондон в Сети. Однако возникла серьезная проблема, о которой Вам следует знать, особенно если Вы хотите, чтобы я продолжала расследование.
Ной озадаченно смотрел на экран, недоумевая, почему Роберта не написала прямо, какие тайны ей удалось раскопать. Что бы это ни было, видимо, нечто отвратительное. Ной отправил сообщение с просьбой посвятить его во все подробности, а через несколько секунд пришел ответ:
Доктор Ротхаузер, я обнаружила кое-что странное, касающееся биографии Авы Лондон. Возможно, будет лучше поговорить по телефону.
Ной схватил телефон и набрал номер Роберты. Его начали раздражать эти полунамеки и таинственная недоговоренность. Ожидая, пока детектив ответит, Ной нервно барабанил пальцами по краю стола. Но, даже сняв трубку, Роберта заговорила не сразу, а попросила подождать, пока она выйдет из читального зала.
— Ну вот, я на улице, — сказала Роберта. У нее был приятный голос с легким гортанным акцентом, напомнившим Ною выговор Авы. — Прошу прощения, доктор Ротхаузер, но ситуация выглядит крайне загадочной: информация, которой вы снабдили меня, соответствует истине, за исключением одного: Ава училась не в Лаббоке, а в Браунфилде. Но важнее другое: Ава Лондон не окончила школу.
— Как это? — Ною показалось, что он ослышался.
— Ава Лондон совершила самоубийство за несколько месяцев до выпуска, ровно через год после самоубийства отца. Использовала тот же пистолет и выстрелила в себя в той же комнате, где умер ее отец. Обнаружив эти сведения в школьном ежегоднике, я взяла номера местной газеты. Трагедия всколыхнула весь город, о ней писали в течение нескольких недель. Мистер Лондон и его дочь были известными людьми в Браунфилде. Полиция начала расследование. И хотя в конечном итоге обвинения никому не предъявили, многие считали, что к роковому шагу девочку подтолкнула травля в социальных сетях. Называли имена как минимум трех одноклассниц Авы, которых подозревали в организации травли, но полагают, были замешаны и другие. Имена тех девушек: Конни Дуган, Синтия Санчес и Гейл Шафтер.
Повисла тишина. Почти минуту оба не проронили ни звука. Это был уже второй удар, обрушившийся на Ноя за последние полчаса и поразивший гораздо сильнее, чем первый, когда выяснилось, что агенты ФБР помогли Мейсону заполучить из закрытого архива экземпляр его диссертации. Роберта первой нарушила молчание, дав Ною достаточно времени, чтобы прийти в себя.
— Доктор Ротхаузер, так вы хотите, чтобы я продолжала расследование?
— Погодите немного, мне надо переварить это открытие. Я вам перезвоню. Хорошо?
— Да, конечно.
