–Проводник выполняет функцию контроля, – подытожила я, опасаясь, что пояснение грозит затянуться надолго.
–Именно, – недовольно поджал губы хранитель. Моя невоспитанность, должно быть, его раздражала. -Запомни это. Вряд ли ты захочешь расхлебывать последствия неосторожного выброса силы. Поверь, иногда они настолько ужасающие, что не хочется просыпаться на следующий день.
–Поняла.
–И даже не спросишь о примерах?
–Не хочу слушать чужие истории. Я буду осторожна.
–Ну, пусть так. И что же ты выберешь? – Аброр посмотрел на предложенные варианты.
Я перевела взгляд вниз и для удобства села на корточки перед раскинутым на траве покрывалом. Толстая, чуть изогнутая палка, ошкуренная до белизны и залитая сливочным лаком – это посох. Я не стала брать его в руки, плохо себе представляя наш дуэт. Обструганная ветка, сделанная по аналогии с посохом, даже на вид выглядела ненадежной, ее я тоже рассматривать не стала, в красках представив, как в самый ответственный момент случайно ломаю ее пополам, выдергивая из-за пояса или из сумки. Мечом я никогда не владела, да и не горела желанием исправлять сей факт моей биографии. А кинжал сразу внушил доверие. Я цапнула нагретую солнцем рукоять, та привычно легла в ладонь. Какая жительница Нануэка не умеет орудовать ножом? Девочки в эриях с детства разделывали тушки домашнего скота, чистили и потрошили рыбу, шинковали овощи. Кинжал для девушки – самое то.
–Он твой, – кивнул старец. -А теперь можем приступать к настоящим тренировкам.
Я покидала сторожку хранителя на рассвете, он провожал меня с завтраком и оседланной лошадью. Гука вяло щипала травку, и я, глядя на нее через мутное маленькое оконце, с досадой представляла, как вечером буду отмывать трензель от забившейся еды.
Запасной амуницией я не располагала, а денег в кошеле имелось ровно столько, чтобы не умереть от голода за два месяца странствий. Не дай случай, придется чинить седло или уздечку, мигом вылечу из бюджета. Правда, с подачи Аброра я поняла, что с голоду умирать не придется, если выменивать свои таланты на равнозначный эквивалент в материальной форме. Из нервных покашливаний наставника легко можно было сделать вывод, что и прибившиеся к Правителям хранители не чурались подзаработать на стороне. Голод, как говорится, не тетка, хранители на духовной диете не сидят. Эта сторона дела меня порадовала, и я вознамерилась за предоставленное Шарусси время выбора совместить приятное с полезным: набить хранительскую руку и пополнить кошель.
–Рано вы ее запрягли, – вздохнула я.
–Это чтобы ты не задерживалась, – сонно зевнул Аброр и тоже посмотрел на лошадь. В последнее время он часто избегал прямого взгляда, все больше отвлекаясь на вид за моим плечом.
–Третий день гоните, торопитесь куда?
–Дел у меня невпроворот, а я с тобой застрял, – посетовал он, нетерпеливо постукивая пальцем по чашке. К низкому потолку поднимался сладкий пар взвара, чуть размывая очертания лица старца.
–За месяц мало, чему можно научиться.
Я не единожды возвращалась к обсуждению продления тренировок, считая полученную базу недостаточной для свободного плаванья на просторах континента, но Аброр не желал ничего слушать. Стоило ему вложить в мою голову последнюю основу из некого стандарта знаний, им же и определенного, как он поспешил объявить о завершении обучения. И как бы я ни совестила старого ворчуна, по собственному желанию ставшим моим наставником, тот считал свой долг выполненным.
Вот и сейчас вместо того, чтобы согласиться, поторопил:
–Доедай и иди. К вечеру тебе надо успеть добраться до города, чтобы заночевать. Если не уложишься, примерно посередине есть маленькая эрия, останься там, не гони лошадь по темноте.
Я и сама это понимала, Гука до сих пор не простила мне нашей беспощадной гонки на выживание и все еще с опаской поглядывала, когда я приближалась – а ну, как опять покушусь на жизнь и свободу честной лошадки.
Я согласно кивнула, опрокинула в себя остатки напитка и поднялась.
–Ждите вестей.
–Бумагу не изводи, – снова забухтел хранитель, имеющий привычку придираться к любому слову. Вот и на сей раз, чем ему письмо не угодило? Лично он что ли на казенную канцелярию скидывается? – Напиши, когда пройдешь инициацию, я тебя навещу тогда. И вот еще, собрал тут по мелочи, что было, – Аброр поднял с пола прислоненный к ножке стола увесистый кожаный мешок и протянул его мне. Судя по мелодичному звону, наполненный склянками.
–Это самогон на дорожку? – решила пошутить я, но под негодующий взгляд исправилась: -Спасибо за зелья.
–Я их зачаровал, не побьются. И все подписал, ты же не соображаешь, какое для чего. Все, иди давай, свидимся, – грубоватый толчок вызвал понимающую улыбку.
Мы поднялись из-за стола, я торопливо смахнула сладкие крошки в тарелку и сунула ее в таз с водой.
–Я сам помою! –тут же отреагировал хранитель.
–Да, я так и поняла. Уже ухожу. Кстати, Аброр, – я обернулась к мужчине и внимательно посмотрела на него. Маленького, худого, с поседевшей головой и щетиной, -я никогда не спрашивала, а сколько вам лет?
