Шу молча забрал оружие у всех стражников, так же молча отдал один из пистолетов Имари и сел на лошадь.
— Ты сердишься, — проговорил посол.
— Я еду в Нэжвилль в обход Валахии, — сказал Юрген. — Можешь ехать со мной, если хочешь.
— Хочу, — кивнул Имари. — К тому же, я должен вернуть свой меч.
— Вернёшь, когда с нами в Валахию отправится кто-то из королевской семьи.
— Тогда едем.
Когда Оташу доложили о гонце из Валахии, ему это сразу не понравилось. Он знал, что несколько дней тому назад там должен был побывать Юрген вместе с послом, и гонец оттуда не мог означать ничего хорошего. Выглядел он довольно потрёпанным и очень уставшим, еле на ногах стоял.
— У меня письмо от наместника Рыдоя, — проговорил он. — И ещё я должен добавить на словах.
— Давай письмо, — кивнул Оташ.
— И почему ты один? — дочитав письмо, спросил Оташ.
— Вот это я и должен сказать вам. Нас было трое стражников, но преступники напали на нас, одного убили, оружие отобрали. Мы решили, что один из нас должен выполнить поручение и передать вам письмо наместника, а второй повёз убитого назад в Валахию.
— Одного убили, говоришь?
— Дротиком в шею.
— Скажи, а ты сам знаешь, в чём вина этих преступников?
— Будто бы один из них выдавал себя за вашего визиря.
— И как же господин наместник понял, что это самозванец?
— А кто-то ему указал на настоящего.
— Вот значит как.
Распорядившись позаботиться о гонце, Оташ вызвал к себе Алтана и Бальзана.
— Мы едем в Валахию, — объявил он. — Мне нужно разобраться в том, что там произошло.
— А что случилось-то? — спросил Алтан.
— Наместник Валахии почему-то решил, что Юрген и есть самозванец. Кто-то его убедил в этом. Хотел бы я знать кто.
— А где сейчас Юрген и посол? — поинтересовался Бальзан.
— Думаю, что уже в столице Нэжвилля. Он ведь туда рвался, чтобы Феликса забрать.
Перед отъездом Оташ зашёл в Алмазар, чтобы рассказать обо всём произошедшем Брунену. Но оказалось, что сам Альфред как раз собирался с докладом во дворец.
— Сыщики вернулись из Валахии, — сказал он. — По их словам, наместник разоблачил самозванца и отправил его под охраной в Шоносар. Они решили, что он должен быть уже здесь.
— Если бы твои сыщики получше проверили информацию Рыдоя, то поняли бы, что всё не совсем так, — ответил Оташ и сообщил Брунену о письме и о словах гонца.
— Значит я еду с тобой, — заявил Альфред.
— Что, за Кимом больше следить не хочешь? — усмехнулся шоно.
— Дело не в Киме, а в том, что мои люди не смогли должным образом выполнить свою работу. Я должен это исправить.
— Тогда собирайся быстрее, мы выезжаем.
— Я только пошлю за Элли, он поедет с нами.
Вместе с ним в обратный путь в Валахию отправился и гонец, которого звали Лучан. Чтобы выиграть время, путники не стали ехать через Яссу и почти не делали привалов. Но однажды, когда до Валахии оставался всего день пути и они всё-таки решили остановиться на ночлег, то оказалось, что кто-то тоже решил устроить привал неподалёку. У костра сидел молодой мужчина-норт.
— Господин визирь? — удивлённо проговорил Лучан.
— Вот так встреча, — поняв, кто перед ним, произнёс Оташ.
Видя перед собой шестерых мужчин, самозванец явно понимал, что бежать нет никакого смысла.
— Доброй ночи, — ответил он с грустной улыбкой.
— Ты арестован, — подойдя к нему, сказал Альфред, доставая пистолет.
— Да я уж понимаю.
— Как твоё настоявшее имя? — поинтересовался Оташ.
— Жером. А фамилия пусть останется тайной. Не хочу позорить свой род.
— Похвально. Мы давно в дороге и собираемся здесь переночевать, — шоно сел к костру, — так что у нас есть время поболтать.
— О чём же ты хочешь поболтать, великий шоно? — спросил Жером.
— Значит, ты узнал меня.
— Трудно не узнать.
— Сколько ты всего успел натворить?
— Не так много, как ты думаешь.
— Суман из Карши — твоих рук дело?
— С неё-то всё и началось. Меня приняли за визиря какие-то люди. Я не стал отнекиваться, мне было любопытно, что из этого может выйти. А потом это оказалось очень забавным и выгодным предприятием.
— Что произошло в Валахии? Почему наместник решил, что Юрген — самозванец?
