— Расскажи.
— По легенде Снежная женщина — это дух человека, погибшего в метель. Она является там, где идёт снег. Она очень красивая и белокожая. Говорят, что она может влететь в дом и заморозить человека до смерти. Есть одна сказка о Снежной невесте.
Жили-были два лесоруба, молодой да старый, ученик и учитель. И вот однажды снежной ночью ученик проснулся и увидел, что дверь их хижины распахнута настежь, а учителя нет дома. Он вышел и увидел, что над учителем склонилась женщина в ослепительно белых одеждах. Юноша замер в ужасе, а незнакомка подошла к нему и проговорила, что хотела и у него отнять жизнь, как и у его учителя, но не станет этого делать, потому что юноша был очень красив. Она сказала, что оставит его в живых, но под страхом смерти запретила ему рассказывать о том, что он видел.
Спустя год юноша встретил красивую девушку, влюбился в неё и сделал ей предложение. Они поженились, и у них родились чудесные дети. Однажды ночью шёл снег, и молодой лесоруб посмотрел на свою жену в свете бумажного фонаря и рассказал ей, что она напоминает ему о незнакомке, которую он как-то встретил, и до сих пор не знает, то ли это был сон, то ли правда его учителя убила красивая женщина. Услышав это, его жена вдруг побледнела, а голос её стал холоднее льда. «Это была я, — проговорила она. — Ты нарушил клятву, и я должна тебя убить. Но ради наших детей я не трону тебя. Я уйду, но помни, если я услышу, что дети станут плакать, я вернусь такой же снежной ночью и убью тебя!» Сказав так, женщина обратилась вьюгой и вылетела из дома. С тех пор лесоруб её не видел.
— У меня аж мороз по коже, — проговорил Юрген.
— Ну, что, готовить тебе чай? — с улыбкой спросил Ким.
— А у тебя нет сегодня клиентов?
— Какие могут быть клиенты, когда у меня в гостях сам визирь великого шоно?
— Тогда готовь.
Было уже около полуночи, когда Шу покинул «Дом сладостей» и отправился во дворец. Снег продолжал идти, но таял, лишь достигнув земли. Накинув капюшон, Юрген шёл по лужам, в которых отражался свет фонарей, и думал о том, как сейчас ляжет в постель и проспит до полудня.
Ему показалось, что он слышит радом чьи-то шаги, но, оглядевшись по сторонам, никого не увидел. Решив, что ему почудилось, Шу поспешил домой. Шаги послышались снова, и Юрген остановился. На узкой улочке между домами он вдруг увидел женщину с длинными распущенными чёрными волосами и в белой одежде. Шу помотал головой и подумал, что после рассказов Кима ещё не такое может привидеться. Но женщина не исчезла. Наоборот, она шла ему навстречу. Она была молода и красива.
— Ты меня не помнишь? — вдруг спросила она, подойдя совсем близко.
— А должен? — отозвался Юрген.
— Тогда помоги мне.
— Чем тебе помочь?
— У меня беда. Выслушай меня.
— Хорошо, я тебя выслушаю, но идёт снег, и у тебя все волосы мокрые. Ты не боишься простудиться?
— Мне уже всё равно, мне слишком плохо.
— Давай хотя бы зайдём в таверну, и ты выпьешь что-нибудь, чтобы согреться.
Женщина кивнула, и они зашли в «Райские кущи», которые обычно не закрывались до последнего клиента. Юрген тут же распорядился принести грог.
— Рассказывай, что у тебя случилось, — попросил Шу.
Женщина села напротив и уставилась на него своими большими почти чёрными глазами. Хозяин подал грог.
— Ладно, выпей сначала, — проговорил Юрген. Грог был пряным и ароматным, и тепло от него волной прокатилось по телу.
Оташ обнаружил отсутствие своего друга уже ночью. Он знал, что Юрген отправился в гости к Киму, но никак не предполагал, что он останется ночевать в «Доме сладостей». Шу никогда раньше так не делал, поэтому шоно решил отправить туда слугу, чтобы убедиться, что Юрген был именно у Кима. Вернувшись, слуга доложил, что господин визирь покинул «Дом сладостей» ещё до полуночи. Оташу стало не по себе. Он не любил, когда Юрген ходил куда-то в одиночестве, да ещё и по ночам. Но всё-таки Шу был взрослым мужчиной, способным за себя постоять, и шоно решил подождать. Однако Юрген не вернулся и утром. Не зная, что и думать, Оташ сам отправился разыскивать друга и в первую очередь пошёл в «Райские кущи». Разбудив спящего прямо за одним из столов хозяина, он спросил, не приходил ли визирь в его таверну этой ночью.
— Приходил, великий шоно, — закивал хозяин.
— Он был один?
— Нет, с женщиной.
— И они ушли вдвоём?
— Да, великий шоно.
Оташ уже собрался уходить, как вдруг хозяин его окликнул:
— Великий шоно, тут, кажется, для тебя письмо.
Письмом это сложно было назвать, это была записка на салфетке.
«Ждёт тебя путь на север, великий волк».
