— Колись, что ты видел?
— Что за нездоровый интерес?
— Ну, я в юности пробовал некоторые интересные вещи, но никак не мухоморы.
— Не хочу ничего знать о том, что ты там пробовал. А я говорю тебе, что ничего не помню.
— Ладно. Скажи тогда, что тебе сказал тот мужик, который к тебе заходил?
— Что я нужен Караель для обряда.
— Какого обряда?
— Рождения новой Караель.
— Зачатия, что ли? — предположил Омари.
— С чего ты так решил?
— Ну, ты сам говоришь — рождение новой Караель. Что это за Караель вообще?
— Откуда я знаю? Наверное, это та женщина, которая меня сюда привела. Мужик мне сказал, что он её слуга. Ещё он сказал, что обряд будет в день зимнего солнцестояния.
— Ну, точно.
— Что точно?
— Ты ей нужен как потенциальный отец её будущего ребёнка.
— Почему именно я? Почему не ты?
— Может, я лицом не вышел?
— Знаешь… — Юрген вдруг задумался, — у неё волосы и глаза точно чёрные, а вот кожа белая. Не такая, как у сарби. Может, она полукровка?
— И ей нужна чистая кровь норта.
— В твоих устах это жутковато звучит.
Вернулся Гонгор и на этот раз принёс большую корзинку. Бросив взгляд на Омари с развязанными руками, он оставил корзинку и ушёл, заперев за собой гер.
— Скажи мне, что там еда, — проговорил Юрген, когда Омари поднял корзинку.
— Много еды, — ответил тот. — У нас тюрьма для богатых.
— Ну, хоть что-то меня порадовало.
— То есть я тебя не порадовал?
— У меня дурные ассоциации. Когда я прошлый раз был заперт вместе с тобой, мы оба чуть не задохлись в склепе.
— Не в склепе, а в кургане. И всё обошлось.
— А бритвенных принадлежностей в корзинке нет? — спросил Юрген.
— А у тебя растёт борода? Не знал, не знал.
— Вообще не смешно.
— Неужели ты думаешь, что они могли положить нам бритву? Это же оружие. Моё, кстати, отобрали. Твоё, как я понимаю, тоже. Хотя ты же под мухоморами был, ты сам отдал.
— Я на тебя посмотрел бы, если бы тебя ими напоили.
— Может, ещё и посмотришь, — хмыкнул Омари. — Давай обедать, что ли?
Из таверны, в котором обнаружилась записка на салфетке, Оташ направился в Алмазар. Альфред и Элинор уже были в кабинете, в воздухе пахло ароматным кофе.
— Налить тебе чашечку? — предложил Акст.
— Нет, спасибо, — отказался шоно. — Юргена, кажется, похитили.
— Опять? — отозвался Брунен.
— Что значит опять?
— Ну, недавно его уже похищали, только тогда его Жером подменял. А ещё мне рассказывали, что его много лет назад у тебя сивары украли, чтобы шантажировать. И ещё…
— Достаточно, — перебил его Оташ. — Он не вернулся во дворец, а в таверне, где, по словам хозяина, Юрген ночью был с какой-то женщиной, я нашёл вот это, — и он передал Альфреду записку.
— Ну, может, Юрген всё-таки провёл ночь у этой женщины? — предположил Брунен.
— А записка? Великий волк — это же я.
— Может, чья-то пьяная выходка?
— То есть ты не собираешься искать Юргена?
— Я бы ещё подождал.
— Тогда я приказываю тебе начать его поиски.
— Тогда слушаюсь, — Альфред поставил чашку на стол и поднялся. — Таверна «Райские кущи»?
— Да.
— Пойдём, Элли. А ты, великий шоно, иди во дворец. Может, Юрген туда скоро вернётся, если уже не вернулся, пока ты его ищешь.
— Ты не веришь, что это похищение? — спросил Акст.
— Я этого не исключаю, но всё-таки Юрген может за себя постоять, а если это действительно похищение, то должны быть выдвинуты требования. Вот эта бумажка на требования не тянет, — Альфред положил салфетку в карман.
Вернувшись во дворец, Оташ всё же заглянул в покои визиря в надежде, что Брунен оказался прав, но Юрген не вернулся. Шоно понимал, что имел в виду Альфред, и в целом разделял его точку зрения. Если Юргена похитили, то наверняка должны были что-то потребовать взамен, но пока, кроме этой странной записки на салфетке, не было больше ничего. Оташ решил дождаться Альфреда и Элинора — вдруг они смогут что-то узнать. И они действительно узнали.
— Боюсь, ты был прав, — проговорил Брунен, когда они с помощником зашли в покои шоно. — Скорее всего, это в самом деле было похищение, но только очень необычное.
— Необычное? — переспросил Оташ.
— Мы опросили людей и выяснили, что этой ночью Юрген и какая-то женщина покинули Шаукар и отправились по дороге, ведущей на север. Вслед за ними ехало ещё двое мужчин. Внешне совсем не выглядит как похищение.
— Но Юрген так просто не поехал бы ни за какой женщиной, не предупредив меня! — сказал шоно.
— Положим, я считаю, что он на это способен, — возразил Альфред. — Но думаю, что в этот раз всё было не так. Нашёлся один свидетель, живущий в доме на окраине города, которому не спалось, и он вышел подышать. Так вот он говорит, что видел визиря довольно близко и что выглядел он странно. Я поинтересовался, в чём же была эта странность, и он объяснил, что визирь был похож на лунатика.
— На лунатика? Как это?
— Ну, на человека, который ходит во сне. А потом женщина что-то сказала визирю, и он вдруг очень неестественно расхохотался.
— Он был пьян?
— Мне кажется, это не алкоголь, а что-то посильнее. Какой-то наркотик. Поэтому я и согласен с тем, что это похищение.
— А как же требования? — спросил Оташ.
— Их до сих пор нет, как я понимаю?
— Нет.
