— Помнишь, Оташ был ранен и лежал без сознания? — проговорил Юрген.
— Как не помнить? Мы тогда с тобой славно повеселились у сиваров.
— Вот он стрелял в Оташа. Бокей.
— А ты его отпустил?
— Я хотел его казнить, но его любовница меня умоляла отпустить их. Она ребёнка потеряла, мне стало жаль её.
— Дожалелся, — усмехнулся Омари. — Может, добьёшь его уже, чтобы не мучился?
— Нет, надо его перевязать.
— У тебя мания такая — всех перевязывать? — спросил амма.
— Охранник был ни в чём не виноват, если ты об этом. А он, — Юрген указал на Бокея, — он просто умрёт, если ему не помочь.
— Может, ему это и нужно?
Бокей молчал, он полулежал, держась за раненое плечо, и смотрел в одну точку.
— А где Гайни? — спросил его Юрген, вспомнив имя бежавшей с ним женщины.
— Нет больше Гайни, — глухо ответил Бокей. — Она попала в капкан. Я не смог её выходить. Я похоронил её.
— Мне жаль, — проговорил Шу и достал из своей походной сумки бинт.
— Ты подготовился, — заметил Омари.
— Такие вещи всегда могут пригодиться, — ответил Юрген.
— Не надо мне помогать! — Бокей отполз в сторону.
— Но ты можешь погибнуть.
— Пусть. Это всё равно не жизнь.
— Но ты сам выбрал это. Вы с Гайни умоляли меня отпустить вас.
— Это было слишком давно. Больше я жить не хочу.
— Да что ты с ним возишься? — снова заговорил Омари. — Дай человеку умереть спокойно. Хочешь, я помогу?
— Нет! — возразил Юрген. — Это мой путь, моё испытание, и я не могу позволить ему умереть.
— Ты идёшь к волчьему камню? — вдруг спросил Бокей.
— Да. Позволь мне помочь тебе.
— Делай, что хочешь, — вздохнул сарби.
Юрген перевязал Бокею рану и проговорил:
— Тебе надо отправиться в ближайшее поселение. С этой повязкой ты долго не протянешь.
— Это уж я сам решу, — ответил Бокей.
— На вот, — Юрген протянул ему недоеденные грибы. — Мало, но хоть что-то.
— А я всё съел, — развёл руками Омари.
— Благодарить не стану, — ответил Бокей, но грибы взял. — Но я уважаю путь того, кто идёт к волчьему камню.
Быстро съев грибы, сарби поднялся и медленно заковылял к дороге.
— Думаешь, он выживет? — спросил Омари.
— Не знаю, — ответил Юрген. — Но это уже будет его выбор. Давай спать.
К вечеру следующего дня они действительно добрались до волчьего камня, как и обещал Шу. Лучи заходящего солнца окрасили холмы в розовый цвет, а макушка древнего изваяния с вырезанными на нём волчьими мордами светилась, будто масляная лампа.
— Дай мне пару минут, — попросил Юрген. Омари молча кивнул. Шу медленно приблизился к камню, встал перед ним на колени и закрыл глаза. Затем он лёг на камень лицом вниз и зашептал:
— Именем неба, именем белого солнца и жёлтоглазой луны, именем земли и воды, протягиваю руки к тебе. Приютивший гостя, обогревающий замёрзшего, сохрани меня. Отец мой небесный, пламя дарящий, сохрани его.
Полежав ещё немного, Юрген поднялся.
— Ты тоже можешь, — проговорил он. — Если хочешь.
— Я никогда… — Омари не договорил. — Всё равно я не знаю, чего просить.
— Нет так нет, — ответил Шу. — Мы переночуем здесь и отправимся в обратный путь.
— Хочешь сказать, что и я поеду с тобой обратно?
— Сам решай. Моё дело предложить.
Юрген проснулся от того, что Омари тряс его за плечо.
— Тебе кошмар, что ли, приснился? — проговорил амма.
— Я кричал? — догадался Шу.
— Да. И мне спать не дал.
— Прости.
— Что тебе приснилось?
— Это странно.
— Что странно?
— Понимаешь, сны, которые снятся у волчьего камня, они что-то вроде предсказания будущего. Когда я был здесь первый раз с Оташем, то мы увидели один и тот же сон, и мы привели его в исполнение. Так вот сейчас мне приснилось, будто я умер.
— Вот я ни разу не суеверный, но у меня от твоих слов мурашки по спине побежали, — сказал Омари.
— Я не думаю, что это надо воспринимать буквально, — проговорил Юрген. — Сон предлагает лишь вариант развития событий, а как оно сложится, будет зависеть только от нас самих.
— И что это за вариант такой, в котором ты погибаешь?
— Меня будто бы убили. Я ещё Оташа видел в этом сне…
— Оташ прикончит любого, кто посмеет тебя убить или даже ранить.
— А вот тут ты прав.
— Это ты к чему?
— Я понял, что надо делать. Я точно знаю, как победить Улычена. Главный ловчий крокодил, едем со мной в Шаукар. Тебя оправдают, гарантирую это.
— Что ж, рискну тебе поверить, — проговорил Омари. — Но глаза у тебя сейчас безумные.
— А тебе-то самому что приснилось? — спросил Юрген с улыбкой.
— Да ерунда какая-то. Я и не помню почти ничего. Ты как заорал, так я подскочил. Пчела там вроде была.
— Ты ведь у нас был когда-то повелителем пчёл, — хмыкнул Шу. — Но хватить болтать, отправляемся в Шаукар немедленно.
— Мне страшно представить, что ты придумал, — ответил Омари.
— Но ты со мной?
— Я рискну.
— Кстати, теперь я буду охотиться вместе с тобой. Жрать хочу ужасно. Слона бы съел.
— Если всё выгорит, я напишу Неру, чтобы привёл из Уасета слона.
— Оставь Мхотепа в покое, я хорошо его помню. Едем, главный ловчий.
Юрген вновь почувствовал чьё-то присутствие на второй день пути назад.
— Тебе не кажется, что нас кто-то преследует? — спросил он.
— Кажется, — кивнул Омари. — Только я их не вижу.
— Их?
