В июле 2016 года Twitter сделал символичный шаг: забанил Майло Яннопулоса. В тот момент Яннопулос все еще был на пике своей популярности. Его постоянно приглашали в новостные программы и на ток-шоу, его противоречивость все еще пользовалась большим спросом. Он провозгласил себя «легендарным суперзлодеем интернета». Из Twitter его выкинули за инициирование троллинговой кампании против звезды «Охотников за приведениями» Лесли Джонс. Сразу после выхода фильма на Джонс обрушился целый шквал оскорблений с расистской направленностью. Благодаря резонансному имени Яннопулоса и известности женщины, ставшей жертвой троллей, провести показательную порку было несложно. Однако бан только сильнее подогрел интерес к фигуре Яннопулоса. Причем заинтересовались им не какие-то там ультраправые студенты, а американские либералы, очарованные его противоречивой скрытностью и подкупающей социопатией. Комик Билл Мар даже пригласил Яннопулоса на ночное ток-шоу, чтобы тот рассказал о своем фанатизме по отношению к транслюдям, и намеревался встретиться с ним еще раз. И только когда Яннопулос начал оправдывать секс между взрослыми мужчинами и школьниками, его карьера рухнула: один из тех ярких моментов, когда мы понимаем, что даже у свободы слова есть свои границы.
Яннопулос был в некотором отношении типичным продуктом и образцом альтернативных правых, вполне осознанно ставшим троллем и идейным линчевателем. Он одновременно и шутил, и был предельно серьезен. Его реакция на бан в Twitter вылилась в плохо скрываемую радость от того, что «обиженные детишки левых» не смогли стерпеть неугодных им высказываний. «Моя вина лишь в том, – заявил он новостному порталу Business Insider, – что я немного пошутил». А когда ведущая канала Channel 4 News Кэти Ньюман задала ему вопрос о сексистских высказываниях, он усмехнулся и ответил: «Разве вы не находите их смешными?» Ультраправый тролль weev использует схожий подход. По его словам, когда он говорил репортерам, что является «белым шовинистом и неонацистом», то просто хотел посмеяться над ними, ведь нелепость такого заявления «очевидна» – если не брать в расчет огромную татуировку на теле в виде свастики. Вслед за этим он стал настаивать на том, чтобы левые прекратили свою «тираническую цензуру», угрожая им неизбежным кровопролитием: «у моей команды есть все необходимое оружие и боевая подготовка». Такая нарочитая неопределенность, подмена серьезных политических задач заявлениями, явно брошенными ради лулзов, указывает на то, как троллинг вписывается в психическую и политическую экономику альтернативных правых.
Breitbart, ультраправый веб-сайт, где впоследствии нашел свое последние прибежище Яннопулос, также стал частью кампании Трампа. Стив Бэннон, занимавший тогда пост председателя Breibart News, присоединился к кампании после того, как бывший гендиректор телеканала Fox, Роджер Айлз, стал советником Трампа. Пожалуй, это был первый троллинг в реальной жизни, использованный в целях противодействия. Два случая запомнились особенно: тролли спровоцировали либеральную общественную организацию ACORN и подставили Ширли Шеррод, темнокожую сотрудницу Министерства сельского хозяйства США. В первом случае ультраправые активисты приехали в офис ACORN с просьбой помочь им с жильем и оформлением субсидий. Чтобы вызвать сочувствие у низшего звена компании, активисты жаловались на тяжелую жизнь, а затем втянули некоторых сотрудников в разговор о защите проституции среди несовершеннолетних и преступной деятельности. Впоследствии был смонтирован ролик и преподнесен как «разоблачение». В истории с Ширли Шеррод тролли распространили сфабрикованную видеозапись, где женщина выступала перед либеральной антирасистской организацией NAACP[34]. Все было сделано так, будто бы Шеррод с восхищением рассказывала о том, как некогда отказала в помощи белокожему мужчине, тогда как смысл ее слов был прямо противоположным. В обоих случаях, чтобы выставить черных врагами белого общества, Breitbart прибегала к фальсификации данных и монтажу. В обоих случаях были спровоцированы паника и острая реакция в либеральных кругах в виде увольнений, отставок, а в случае ACORN – полного прекращения деятельности компании – только для того, чтобы понять, что возможно все.
