Чуть затянувшаяся официальная часть мероприятия слегка пригасила негативные эмоции особо самолюбивых представителей высшего света, но как только она закончилась, Артур Вячеславович предложил гостям развлекаться, спустился с возвышения и подошел к нам. Хотя в зале находилось еще четыре Князя, а я был самым младшим. А уже через полминуты народу, стоявшему рядом с нами и гревшему уши, поплохело еще серьезнее, так как глава рода Бажовых начал беседу на одну из самых актуальных тем лета и не был послан куда подальше:
— Игнат Данилович, я понимаю, что вас, наверное, задергали похожими вопросами, но меня, признаюсь, гложет нетерпение. Поэтому воспользуюсь статусом именинника и все-таки спрошу: скажите, когда вы планируете уничтожить зверье, обосновавшееся возле нашей тренировочной заимки, раз не получилось в первой половине июня?
— Точную дату, естественно, не назову по вполне понятным причинам… — благожелательно начал я и расчетливо обломал очень многих завистников: — … но отобью заимку еще до сезона дождей. Она у вас, помнится, в «шестерке», верно?
— Верно… — кивнул отставной ИСБ-шник и продолжил издеваться над «конкурентами»: — Откровенно говоря, располагайся она в «семерке», я бы так не торопился, ибо в моем возрасте в рейды уже не походишь. А на нашей я прорвусь в Богатыри безо всяких треволнений, что позволит раскачать
Я пожал плечами:
— Почти уверен, что
Тут Бажов врубился в завуалированный намек и понимающе вздохнул:
— Дальше можете не объяснять: для того, чтобы это желание появилось, требуется мир в душе и внутренняя уверенность в том, что ваша деятельность вызывает благодарность и другие положительные эмоции.
— Вы правы… — согласно кивнул я. — В данный момент я и мои напарницы перманентно ждем удара в спину, а в таком режиме желание поспособствовать чьему-либо развитию и, тем более, обретению кем-либо второй молодости просто не появляется…
Артур Вячеславович недобро мазнул взглядом по лицу на редкость мордастого типа, прислушивавшегося к нашей беседе и собрался, было, прокомментировать эти слова, но я воспользовался представившейся возможностью и пустил в народ слух, придуманный на пару с Императрицей:
— Скажу больше: я уже начал подумывать о бессмысленности поставок Искр под аукцион, ибо считаю, что усиливать потенциальных противников — полный и законченный идиотизм. Говоря иными словами, вероятнее всего в ближайшее время аукционный дом Великого Князя Михаила Владимировича объявит о временном прекращении торгов высокоранговыми Искрами, а я со спокойной душой займусь усилением членов своего рода…
Следующую важную тему я обсудил с полковником Парамоновым эдак минут через десять после завершения беседы с Бажовым и через пять после «похищения» Оли его внучкой. Само собой, командир полка ВДВ подошел ко мне не от балды, поэтому мы с ним быстро нашли животрепещущую тему для разговора — недостаточный уровень развития Дара у среднестатистического военнослужащего — единогласно поддержали решение Императора поднять большинство Гридней хотя бы на один ранг, обменялись мнениями о методике дрессировки «городских» в среднеранговых областях Пятна и переключились на вопрос повеселее. Вернее, вояка полюбопытствовал, не обращались ли ко мне желающие получить сто миллионов рублей или высокоранговую Искру, а я ответил в заранее согласованном ключе. Только назвал актуальную цифру:
— К восемнадцати ноль-ноль сегодняшнего дня желающих урвать денег ни за что ни про что набралось аж двадцать четыре человека. Увы, я пообещал их за вполне конкретную информацию, а не за бред сивой кобылы, так что на идейного последователя Свободных выйти пока не удалось. Впрочем, я все равно в плюсе: испугавшись за свою шкуру, эта личность оперативно вырезала «расходный материал» в четырех столичных поместьях и одном родовом. То есть, существенно ослабила саму себя. А это вызывает сразу два диаметрально противоположных чувства: злое удовлетворение и презрение…
— Ну да: жалеть тех, кто позволял себя использовать, как одноразовую прокладку, не получается и у меня… — холодно усмехнулся Парамонов. — А личность, в панике рубящую хвосты, можно только презирать…
