В этот раз она сочла необходимым начать доклад с рассказа об успехах мелкой троицы — гордо сообщила, что девчата написали контрольную работу по физике на высший балл, переспорили преподавателя геральдики и нагнули инструктора по основам ведения дуэлей.
Два первых тезиса не заинтересовали от слова «совсем», так как прямая связь с моим БИУС-ом позволяла подопечным очень и очень многое. А третий удивил и заставил потребовать подробностей.
«Ангел-Хранитель» весело хохотнул:
— Отставной Конвойный-«троечка», дрессирующий будущих фрейлин, имел глупость потребовать у наших девчонок забыть все, чему их учили до поступления в Дом Гимназисток, и показал «невероятно эффективную боевую связку», которую требуется вбить в подсознание для получения «хоть какой-нибудь» оценки на выпускном экзамене. Сформулируй он это требование с меньшим апломбом, наши подопечные, вероятнее всего, не возмутились бы. Но самолюбование, формулировки вступительной части речи и фраза «…все равно ваши наставники толком ничего не умеют, поэтому в дуэлях против нас, военнослужащих, дохнут, как мухи!» разозлили даже меня. Но я сдержалась. А Валентина не смогла… Кстати, ее монолог лучше послушать в оригинале.
Я вслушался в голос Рыжей и спинным мозгом почувствовал, что она в бешенстве:
— Руслан Ильич, если вы не принесете извинения за все, что наговорили, то я отправлю запись вашего монолога Ближнему Кругу нашего наставника, в настоящее время отсутствующего в Новомосковске, и вас
— Сильно… — пробормотал я, дослушав эту запись и спросил, не выйдет ли девчатам боком этот демарш.
Дайна рассмеялась, заявила, что вот-вот сольет ее Императрице, а та не даст наших девочек в обиду, сделала небольшую паузу и загрузила:
— Игнат, а ты помнишь некоего Илью Столярова, промышлявшего в окрестностях форпоста «Приозерный»?
Я утвердительно кивнул:
— Помню, конечно — это здоровяк, который в октябре двенадцатого года помог дотащить Ольгу до дежурного целителя. А что?
— Да наткнулась на его фамилию в еженедельной сводке министерства внутренних дел. Если верить прочитанному, то Илья ограбил начинающего добытчика-аристократа. Но я, откровенно говоря, в этом сильно сомневаюсь. Ибо фамилия добытчика — Скарятин.
— О-о-о, как интересно! — вполголоса воскликнул я, покосившись на «силуэты» медитирующих подопечных, и переключился в режим главы рода: — Поручи Льву Абрамовичу разобраться в этом деле, используя все имеющиеся возможности. То есть, добиться медикаментозных допросов обоих фигурантов дела и наказать виновного по всей тяжести закона. И еще: если Столяров был огульно оболган, то пусть Фридман пригласит его в наше столичное поместье отобедать со мной, скажем, седьмого февраля в четырнадцать ноль-ноль…
…Всю вторую половину дня я рубился с подопечными. Причем самому старшему — Императору — уделил чуть более часа, а с самой младшей — Лизой — не работал вообще. Все потому, что Владимир Александрович, накануне вечером сливший Ксении Станиславовне семь боев из семи, изъявил желание взять реванш и продолжил об нее «убиваться», а Злобная Мелочь, оценившая фанатизм Насти, помогала ей осваивать первую полноценную боевую связку. В общем, напрягался я в одном-единственном ключе — пребывал под
Самодержец последовал моему примеру. Но минуты через три-четыре огорошил меня сногсшибательным признанием:
