Через час подрывника увезли инквизиторы из неизвестного Серову отдела. Сама операция по поимке была оценена на «отлично», ущерб сочли незначительным. Руководитель следственной группы, как и обещал, отрекомендовал Андрея в лучшем свете. В результате, по возвращении в Сереброгорск, его вызвали в Управление и при всём личном составе наградили медалью «Серебряный Щит», которую он с тех пор бережно носил на лацкане форменного пиджака.
После такого признания заслуг у Серова, наконец-то поднялось настроение, и он вновь почувствовал себя нужным. Даже захотелось сделать что-нибудь хорошее для людей, которые всё это время поддерживали его. И он вернулся в особняк с бутылкой отличного, выдержанного вина для Николая, и корзинкой, в которой, на мягкой подушечке дремал белоснежный пушистый котёнок, для Жени. Подарки, как и ожидалось, вызвали бурный восторг у обоих, правда, Матяшин посетовал, что одной бутылки маловато.
Инквизитор получил очередное направление, предоставлявшее право обучаться специальной программе, и прилежно посещал индивидуальные занятия несколько месяцев кряду. Повышения в этот раз он не получил, но приобретённые знания воодушевляли его не меньше. Никаких серьёзных дел в скором времени не появилось, можно было наслаждаться бездельем, но беспокойная натура Андрея такого прозябания в бездействии не терпела. Через месяц летнего затишья он уже собирался написать прошение о переводе в другой город, и был согласен даже на Межграничье, полагая, что там его способности будут востребованы больше.
Однако в тот день ему опять пришло приглашение от Анжелы, на этот раз — на бал по случаю её Дня Рождения. Празднование намечалось через неделю, и проходить должно было в уже знакомой ратуше Вознесенска. Белая карточка с золотым тиснением вензелей обеспечивала проход на мероприятие двум лицам, значит, предполагалась необходимость взять на это мероприятие кого-то ещё. Серов задумался, и на этот раз решил поехать с Женей. Девушка согласилась, а недописанное прошение о переводе Серов убрал глубоко в ящик стола.
На этот раз у Андрея было время хорошенько подготовиться к событию и кое-что обдумать. К тому же, появился повод надеть великолепный чёрный фрак, бестолку висящий в шкафу, отличную белую рубашку и роскошные танцевальные туфли. Серов извлёк урок из посещения предыдущего праздника, и не собирался повторять ошибки.
Поэтому, в назначенный день, облачившись в дорогие праздничные одежды, и воспользовавшись услугами цирюльника, прекрасно уложившего ему волосы, Андрей выехал с Женей в своей карете ещё в обед, чтобы неспешно добраться до Вознесенска к вечеру, и ни в коем случае не опоздать.
…Карета довезла их до ступеней ратуши. Гости ещё только стекались сюда, до начала торжества оставалось больше получаса. Едва они вошли внутрь, Серов привычно, и, как всегда, бесцеремонно сгрёб Женю под руку. Его спутница, по случаю, облачилась в платье из зелёного шёлка, не сказать, что достаточно роскошное для княжны, даже более того, простоватое. На шее у неё висел золотой крест, по-видимому — крестильный, а из украшений — лишь маленький изумрудный листочек, подаренный когда-то Андреем. Она повесила его на золотую цепочку и теперь носила в качестве подвески.
Чародей ожидал от девушки более тщательного подхода к подбору праздничного наряда, однако по какой-то непонятной причине, она будто нарочно избрала лаконичную простоту, и теперь выглядела довольно бледно, теряясь на фоне изысканного шика одеяний других приглашённых дам. В карете платье выглядело сносно, но сейчас тусклый и невыразительный вид княжеской дочки начал нервировать её кавалера, поскольку категорически не вписывался в его дальнейший план.
Выведя Женю из зала, Серов провёл её за собой по коридору, и чуть ли не втолкнул в пустующую уборную.
— Вы… что?.. — Недоумевающе уставилась на него девушка.
— Здесь даже прислуга, и та одета лучше тебя, если ты не заметила. Я намерен это исправить, не могу допустить, чтобы моя дама… — Андрей кашлянул, поменяв назидательный тон на гораздо более мягкий и вкрадчивый. — Женечка, ты очень милая, очень симпатичная девушка. Это нужно подчёркивать, а не скрывать. Я хочу, чтобы сегодня все увидели, как ты прекрасна…
— Не нужно… я просто хотела пойти с вами… ну, то есть, потому, что вы попросили… мне не нравится привлекать к себе внимание… От него как-то не по себе… вдруг что-то не так пойдёт, вот я и решила… чтобы незаметно… в случае чего…
— Всё пойдёт, как надо, только доверься мне. Позволь мне насладиться твоим обществом, и раскрыть твою красоту для окружающих. — Маг, выбирая слова, незаметно для себя начал закусывать губы. — Мне она заметна и так, но я хочу, чтобы увидели все. Тебе есть, чем гордиться, и есть, что показать.
— Я не хочу… давайте лучше я вообще уйду, если вы меня стесняетесь.
