Совместный обед совсем доконал, от милого воркования голубков пропал аппетит. В присутствии ребенка общение незамужней аристократки с мужчиной выглядит пристойным и удерживает неудачливых соперников от активных действий. Стоит мне исчезнуть с горизонта, как коршуны слетятся на добычу. Неужели Игнат не понимает, что сомнительное знакомство выльется в неприятности? Видимо, нет, раз не прогнал дамочку обратно в первый класс. Под предлогом, что собираюсь учить Егорку грамоте, отказалась от вечернего моциона и запросила ужин в номер.
Мальчишку я посадила за стол рисовать палочки и наклонные черточки. Прибудем в Глушин, куплю ему букварь, а пока и этого достаточно. У самой же мысли так и крутились вокруг сладкой парочки. Поймала себя на том, что ревную брата к этой вертихвостке. Мы неплохо проводили время, пока не заявилась дамочка и не украла его внимание. Если бы там серьезные отношения завязались, я бы еще поняла. Будь Анна Карловна женщиной легкого поведения, продающей себя за деньги, с трудом, но тоже приняла бы. Однако аристократка от скуки лезла в нашу жизнь, вынюхивала что-то, дразнила полунамеками на грани приличий, которые запросто можно вывернуть как в одну, так и в другую сторону. Как бы там ни было, я решила серьезно поговорить с Игнатом, как только он вернется. Он поклялся служить роду, защищать наши интересы, значит, нужно быть разборчивее в связях. Мы едва ушли от погони, не хватало из-за случайного знакомства огрести проблем на ровном месте.
Однако ночью Игнат так и не вернулся. Я прождала до полуночи, а после легла спать, вздрагивая от каждого шороха. Проснулась в дурном настроении, которое упало еще ниже, когда столкнулась в каюте с братом. По радостному лицу сразу поняла, дорвался кот до сметаны. Я, между прочим, не выспалась, ворочалась долго, отчего на голове образовалось воронье гнездо. Расчесывай теперь колтуны! А этот сияет, только что не облизывается, раздражая свежим видом и бодрым настроением.
– Доброе утро, Нинончик! Ты чего такая взъерошенная? Собирайся, я заказал завтрак, – мурлыкая под нос песенку, он завалился в гамак и принялся раскачиваться. – Ну, чего застыла? Бегом умываться и приводить себя в порядок.
Нарочито медленно развернулась, молча взяла гребень, забралась на кровать и занялась волосами. Поняла вдруг, как глупо буду выглядеть со своими нотациями. Взрослый ведь мужчина, а тут сопливая девчонка будет указывать, с кем ему встречаться, а с кем нет.
– У-у, как все запущено! – выбравшись из гамака, Игнат подошел ко мне и присел рядом, – злишься, что не предупредил? – я демонстративно отвернулась, скрестив руки на груди. – Мы с Анной засиделись в ресторане, а потом отправились гулять на верхнюю палубу. Было поздно, подумал, вы уже легли спать, и не стал беспокоить. Опасность вам не грозила, вот я и не спешил. Нин, ты же понимаешь, у взрослых могут быть свои дела. Ну? Хочешь, пообещаю, что впредь буду предупреждать, если задержусь?
– Она вынюхивала о нашем прошлом, – я с укором посмотрела брату в глаза, – вела себя вызывающе и привлекала ненужное внимание.
– Ах, ты об этом? – он понимающе кивнул. – Поверь, Анна не узнала ничего лишнего. Ты еще не вращалась в высшем обществе, поэтому так остро отреагировала на игру. Я сам так давно был лишен этого, что не удержался от соблазна.
– Какую еще игру? – я насупилась, понимая, что ничего не понимаю.
– К сожалению, искренность в высшем обществе не в чести, – он вздохнул, – в ходу игра слов, полунамеки, аллегории и пространные размышления ни о чем. На вопросы не принято давать прямых ответов. Однако мысли выражают так, что умный собеседник поймет, а невежа посчитает болтовню пустым трепом.
– И все равно, она мне не нравится! – пробурчала я упрямо. – Фальшивая какая-то, себе на уме. Если эта Анна так тебе нужна, то и проваливай к ней.
– Иди сюда, – брат распахнул объятия и, не дожидаясь моей реакции, сгреб в охапку, – какой же ты еще ребенок! Я ни на кого тебя не променяю. Мы же связаны клятвой, помнишь? Анна еще ночью сошла на промежуточной станции, а я воспользовался случаем, чтобы побывать на палубе первого класса. Так что, собирайся уже, и пойдем завтракать. Кажется, я видел госпожу Разумовскую на ранней прогулке.
– Правда? – шмыгнув носом, переспросила Игната.
– Ну, может, это и не Регина Андреевна, издалека мог и ошибиться, – пошел Игнат на попятную.
Вот только я спрашивала о другом и уточнять не стала. Настроение заметно улучшилось, и дальше я уже заметалась по каюте, собираясь к завтраку.
– Ниночка, Игнат Захарович, доброе утро! – старушка помахала рукой, подзывая к себе. – Я заняла нам места в столовой. Не возражаете против моего общества?
– Доброе! – я расплылась в радостной улыбке.
– Ни в коем случае, – заверил Игнат, раскланиваясь с другими знакомыми попутчиками, – наоборот, мы уже заволновались, куда это вы запропастились? Что-то случилось?
– Мигрень разыгралась, – отмахнулась Регина Андреевна. – В моем возрасте это частое явление. Ну-ка, красавица, иди сюда, – поманила она меня пальцем, – смотри, что я для тебя приготовила!
