Мы с Лэгэнтэем уже два часа провели в беседке, и я вяло отбивался от его попыток призвать меня к благоразумию. Надо отдать ему должное, сын шамана сам почувствовал мой иррациональный страх и пришел ко мне, чтобы выяснить, что происходит — видимо, так повлиял на него обряд слияния наших душ. Но я, увы, ничего толком сказать не мог. Ощущение тревоги как нависло надо мной, так никуда и не спешило уходить.
— Тебе отдохнуть надо. Я серьезен как никогда. Ты сколько часов уже на ногах провел?
— Я сейчас не засну. К тому же я утром в экипаже Прохора успел подремать.
— Так сходи Лаванду проведай.
— Кого? А, ты кошку имеешь в виду. Она меня не любит. А для того, чтобы скакать вокруг нее на задних лапках, есть суслик.
— Островные ученые доказали, что наблюдение за кошачьими, а также обмен рисунками с их изображением повышает настроение и в целом способствует позитивному мышлению, — назидательно произнес Кеша.
— Не заговаривай мне зубы. Я точно почуял какую-то опасность и пока не разберусь, в чем дело, не успокоюсь. Вот только данных у меня маловато. Вернее сказать, их вообще нет. Но я привык верить себе, поэтому твои предположения, что это все лишь реакция на очередной стресс, уж прости, просто попытка притянуть за уши хоть какое-то объяснение происходящему.
— И чем мне тогда тебе помочь, раз отдыхать ты наотрез отказываешься?
— Просто побудь рядом еще немного. В твоей компании мне как-то спокойнее становится, даром что ты темный и фонит от тебя не слишком приятно.
— Ладно, тогда давай поговорим о Властелине, раз уж ты среди нас единственный, кто настолько хорошо его знает.
— Знал в прошлом и то опосредованно, — уточнил я. — Лицом к лицу мы не встречались и не беседовали, сам понимаешь.
— Пусть так, — согласно кивнул Иннокентий. — Но за неимением поблизости других экспертов хочу выяснить: а зачем ему живые люди, когда он с легкостью может набрать полчища скелетов, при этом ему не придется что-то им дополнительно объяснять или как-то мотивировать.
— Скелеты тупые, особенно те, чья душа давно ушла к свету. Ими надо управлять, командовать. Вот для этого ему и нужны живые исполнители.
— Хм, судя по твоим рассказам, в прошлом живые реально были его идейными последователями. Но сейчас-то новых сеятелей ему приходится подчинять и контролировать, как мы выяснили этой ночью. А они смогут при таком раскладе сами кем-то управлять?
— Видимо, Властелин нашел какой-то способ это провернуть. В любом случае это проще, чем лично держать под контролем тысячи, а то десятки тысяч костянок.
— Тут такая штука тонкая, — сын шамана в задумчивости почесал щеку. — А как он своим полевым командирам управление делегирует? Мало ведь сказать: бери сто скелетов и нападай вон на ту деревню. Надо еще, чтобы ровно сто скелетов этого самого командира послушались.
— Так сам поднял, сам и командуешь, тут принцип такой. Если командира убили, скелеты падают там, где застал их этот момент. Если рядом есть другой командир, он может повторно поднять эти скелеты и присоединить к своей команде. Поэтому Властелин своих офицеров от нас прятал и берег как зеницу ока. А мы их упорно вычисляли и старались ликвидировать еще до сражения.
— Значит, когда дело у нас дойдет до подъема мертвых, за этим процессом будут стоять сеятели, а не сам Властелин?
— Видимо, да. Кому ж еще этим заниматься, кроме них? Хотя, — я задумался, — в этом мире всё иначе происходит. Кто его знает, может, на этот раз Властелин лично войско костянок поднимет и направит. Вот не поручусь ни за один из вариантов.
— Ты, кстати, понял, почему он именно здесь обретается, в окрестностях Смоленска?
— Не-а, просвети!
— Сдается мне, дело в том, что в нашу Империю основные беды всегда с запада появляются. Все, кто нас завоевать хотел, через эти земли проходили, и сам понимаешь, не парадным шагом, потому что имперцы встречали захватчиков жестко. Тут за столетия столько крови пролилось, считай, вся земля ею пропитана.
— А последняя большая война когда была? Явно ведь больше двадцати лет назад.
— Больше. Лет сорок где-то.
— Выходит, сюда привязываться у него большого смысла нет. Властелину свежие костянки нужны, которые не рассыпятся при первом же шаге.
— Тогда легче, — кивнул своим мыслям Кеша. — Если его цель большая битва, то Властелину придется блохой от кладбища к кладбищу скакать, чтобы войско заполучить. А десятки и сотни скелетов просто так в лесу не спрячешь. Люди заметят, начнут кладбища охранять. Блицкрига не получится. Я вообще не очень понимаю, на что он рассчитывает.
