— Странное чувство, — сказал княжич, сжимая и разжимая кулаки. — Будто мои кости стали тяжелее. А мышцы… они не просто сильные, они… плотные.
Эффект от [Рагу «Ярость Быка»] был почти мгновенным. Я видел, как Ярослав, до этого просто сильный, стал… основательным. Его плечи, казалось, стали шире, а походка — более тяжелой и уверенной.
— Пора, — сказал я. — Идем на тренировку.
Борислав провел нас в дальнюю, изолированную часть оружейной. Здесь пахло иначе, чем в моих покоях или на кухне. Пахло железом и промасленной кожей. Вдоль стен на массивных деревянных стойках рядами висели мечи, топоры, копья и щиты всех форм и размеров. В центре стояло несколько тяжелых тренировочных манекенов, обитых толстой кожей и набитых песком и тряпьем. Их «тела» были испещрены тысячами отметин от ударов.
Ярослав с благоговением обвел зал взглядом. Это была его стихия.
— Борислав, — обратился я к нашему стражу. — Мне нужна ваша помощь. Вы самый сильный и опытный воин из всех, кого я знаю.
Борислав молча кивнул, ожидая приказа.
— Возьмите тот тяжелый деревянный молот, — я указал на тренировочный молот. — А вы, княжич, — я повернулся к Ярославу, — берите самый тяжелый круглый щит.
Ярослав без вопросов подошел к стойке и снял массивный, окованный железом щит. Я видел, как напряглись мышцы его руки под его весом.
— Борислав, ваша задача — бить по этому щиту. Не быстро. Медленно, но со всей силы, на какую способны, — скомандовал я. — Княжич, ваша задача — выстоять.
Ярослав встал в стойку, выставив перед собой щит. Борислав подошел, размахнулся и с глухим, утробным ревом обрушил молот на щит.
БУМ!
Звук был оглушительным. Ярослава отбросило на шаг назад, его рука, державшая щит, содрогнулась. По его лицу пробежала гримаса боли, но он выстоял.
— Неправильно! — тут же рыкнул Борислав. — Вы пытаетесь держать удар рукой! Ваша рука — лишь передаточное звено! Не рука держит удар, княжич. Нужно дать удару скользнуть вниз. Увести его.
Он удивленно посмотрел на Борислава.
— Согните колени чуть сильнее. Напрягите мышцы спины и живота. В момент удара представьте, что вы — не человек, а дуб, который корнями врос в самый центр земли. Вся сила удара должна уходить сквозь ваше тело в землю! Еще раз!
БУМ!
На этот раз удар был таким же сильным, но Ярослава лишь слегка качнуло. Он сцепил зубы, его лицо покраснело от напряжения, но он стоял.
— Еще!
БУМ!
— Еще!
Борислав гонял его до тех пор, пока его рубаха не взмокла от пота. Он кричал от напряжения, когда принимал удары, но [Повышенный Болевой Порог] от рагу не давал боли стать невыносимой, а [Сопротивление Дробящему Урону] делало его тело плотным, способным гасить инерцию. Он учился.
— Достаточно, — сказал я наконец. — Теперь — копье.
Мы перешли к тренировочному манекену.
— Игорь Морозов силен, но предсказуем, — начал я, обходя манекен. — После своего самого сильного удара он на мгновение, как вы рассказывали, раскрывается, — я хлопнул ладонью по правому боку манекена, чуть ниже ребер. — И вот здесь, — я указал на плечо его вооруженной руки. — Наша задача — научиться бить в эту точку. Один раз, но так, чтобы бой на этом закончился.
Ярослав тяжело дышал, но в его глазах горел огонь.
— После блока, который вы только что отрабатывали, — продолжил я, — не отступайте. Используйте инерцию удара противника, чтобы развернуть свой корпус и нанести один, короткий, но максимально мощный колющий удар. Всю свою силу, всю свою массу, всю свою ярость нужно направить в кончик меча.
Он кивнул и мы начали отрабатывать эту связку. Снова и снова. Блок. Разворот. Удар. Сначала медленно, по частям. Я и Борислав корректировали каждое его движение, положение его ног, угол разворота бедра, движение кисти. Потом — быстрее.
— Резче! — кричал я.
— Не толкайте, а пробивайте! — поддерживал Борислав.
Ярослав работал на пределе своих возможностей, полностью отдавшись процессу. Он больше не был княжичем, а я — поваром. Мы были воином и его оружием, которые слились в единое целое, оттачивая смертоносный танец. Он полностью доверял мне, видел, что моя странная, немыслимая система работает, и этого было достаточно. Княжич был готов идти за мной до конца.
Когда тренировка была окончена, Ярослав, абсолютно измотанный, но с горящими глазами, побрел в свои покои под присмотром Борислава, чтобы отдохнуть перед ужином. Я остался в арсенале один.
Глядя ему вслед, на его крепкую спину и уверенную походку, и чувствовал смесь гордости и острой зависти. Я создавал из него воина, лепил из него оружие, но кто был я сам? Я все еще был тем же мальчишкой с жалкими показателями силы и выносливости.
Я остро осознал, что мои враги не будут вызывать меня на честный поединок. Демьян не пришлет секундантов. Прохор не бросит мне вызов на ристалище. Они нанесут удар в спину. В темном коридоре. Тихой ночью. И вся моя кулинарная магия, все мои знания и расчеты не помогут мне, когда тяжелый кулак или острый нож найдут мое тело.
Я должен стать сильным не для того, чтобы побеждать в дуэлях, а для того, чтобы пережить удар в спину.
