Молодой чиновник, ответственный за ведение учетных записей, встретил приятеля с распростертыми объятиями и мимо трех стражников провел юношу в Храм Бесконечной Нити — целый городок из множества зданий, содержащих внутри огромные залы, в каждом из которых происходил один из этапов превращения коконов в готовую ткань. В дальнем находилась красильня, где трудилась Нефритовая Луна.
Гигантские емкости, вделанные в пол, были заполнены разноцветной краской: золотисто-желтой, алой, бирюзовой, изумрудно-зеленой, снежно-белой и черной, как вороново крыло. Эти, уже готовые, составы ожидали, когда в них опустят ткань. У стены мастерской на полках были расставлены банки с сухими красителями, которые, смешиваясь, могли дать нужный цвет: здесь был древесный уголь, свинцовые белила, синие лазурит и индиго, зеленый малахит, охра и «королевское золото»[22] — для желтого, «кровь обезьяны син-син»[23] — для красного… Чтобы добиться идеального карминного оттенка, необходимо было в равных долях смешать «кровь дракона» и «пурпурный минерал», которые на самом деле представляли собой весьма дорогостоящие вещества, чей состав хранился в строжайшей тайне: ими были лак, получаемый из некоего древесного насекомого, и настоящий пурпур, добываемый из мурекса — редкого моллюска, с большими трудами доставленного в Китай по Шелковому пути с берегов далекого экзотического Средиземного моря.
Пол красильного зала был застелен керамической плиткой, на которой запечатлелось все соцветие используемых оттенков: краски капали с сырой ткани, когда ее перевозили на тележках в сушильную камеру.
Луч Света не мог насмотреться на Нефритовую Луну. Два года минули с тех пор, как они расстались, но ему казалось, что любимая ничуть не изменилась. Прекрасная и грациозная, она успевала одновременно продолжать свою работу и разговаривать с возлюбленным.
— Я думала, ты не вернешься, — вздохнула Нефритовая Луна, почти касаясь губами уха юноши. Ее дыхание щекотало кожу, — он помнил это ощущение, предвещавшее любовные ласки. Сейчас оно оказалось мимолетным: девушка поспешила отвернуться к огромному чану, готовясь опустить кусок шелка в алую краску.
— Ты, должно быть, проклинала меня! Чувствую себя виноватым, хотя тогда я ничего не мог поделать…
— Ты исчез, даже не простившись!
— У меня не было выбора. Если бы ты знала, как я страдал! И знаешь, только чудо помогло мне вернуться. — Он еле сдерживал слезы.
— Вообще-то, здесь неподходящее место для разговоров. — Она кивнула на стражника, который присматривал за порядком в зале и с растущим неодобрением косился на парочку.
— Я спешил увидеться с тобой, просто не мог ждать окончания рабочего дня!
— Как я тебя понимаю! Меня прямо охватывала дрожь, как только я вспоминала о прикосновении твоих рук к моим бедрам! — совершенно непринужденно, без тени стыдливости проворковала она.
— А я? Сколько раз мне снилось, что я снова оказался в твоих объятиях. Когда я просыпался, мой член был тверд аж до боли! Если бы ты знала, как я спешил к тебе!
— Ну, это тебя отчасти оправдывает…
— Я готов на все, чтобы заново покорить твое сердце!
— Моя пионовая долина пришла в такое волнение! — кокетливо проронила девушка.
Нефритовая Луна знала толк в плотской любви и многому научила своего юного друга.
У Нефритовой Луны была непростая история. Девочка родилась двадцать лет тому назад в бедной семье в маленькой деревушке на севере Китая, в районе, который вскоре завоевала империя Тан. Чтобы предотвратить возможные бунты и получить много дешевых работников для растущей столицы, население покоренной территории в полном составе переселили в Чанъань.
В двенадцать лет ее забрали из семьи, чтобы сделать работницей. Благодаря смышлености и ловкости пальцев она попала на шелковый двор Храма Бесконечной Нити, где Нефритовая Луна прошла суровую и безжалостную школу жизни. Молодая работница с аппетитными формами, которые невозможно было скрыть под тонкой рубашкой, какие из-за жары приходилось носить всем девушкам на фабрике — и в особенности там, где от кипящих котлов для варки коконов поднимался густой пар, — неизбежно привлекала взгляды мужчин, работавших вокруг. — Она быстро поняла, чем это грозит ей, не имеющей покровителей, оторванной от отца и матери. И тогда решила выбирать сама — из тех, кто порядочнее и сильнее, кто способен защитить ее от прочих. Всего лишь способ выжить. Постепенно она многое узнала о плотской любви, а также научилась жестко обходиться с теми, кто не проявлял к ней уважения.
Как-то раз, выходя из Храма Бесконечной Нити, она обратила внимание на симпатичного застенчивого юношу, заметно отличавшегося от большинства рабочих, готовых в любой момент увязаться за ней, и сама подала ему знаки к сближению.
