Дайос попытался оттолкнуть его двумя руками и только тогда заметил увечье, а следом почувствовал пришедшую боль.
Все огни в его хвосте погасли. Он поднес дрожащую ладонь к части себя, которой больше не было, и жабры на его боках задрожали.
– Что…
– Мы отступаем, – сказал Арджес, а затем крикнул громче: – Мы отступаем, пока не потеряли еще больше людей!
По толпе их народа пронесся шепот. Кто-то еще оттаскивал назад раненых, но он видел правду в глазах каждого. Им было страшно. Они наконец поняли, почему он заставил их так долго ждать, и ему было жаль, что им пришлось вот так это осознать.
Что-то пошевелилось на краю скалы, и его брат попятился прочь.
– Нет, – пробормотал Дайос. – Нет, ничего еще не кончено.
– Очнись, Дайос! У тебя руки нет. Тебе нужна помощь.
– Есть другая, кто может дать нам ответы. Ты делаешь свою работу неверно, Арджес. Наполовину. – Что-то темное сверкнуло в глазах Дайоса, что-то дьявольское. – Я добуду для нас информацию, которую ты не смог.
И его брат сорвался прочь в глубину. По направлению к единственному, от чего сердца Арджеса замерли в груди. А потом он кинулся за ним, наперегонки с самой смертью.
Но смерть предстояла не ему, а ей.
Мира в очередной раз чувствовала себя немного не в своей тарелке. То есть абсолютно. Она как-то не планировала вот так вот взять и оказаться одной посреди океана, выживая только за счет своего изобретения. Может, она даже провела первую ночь, задыхаясь от страха, в полной уверенности, что скоро умрет. По крайней мере, в колокольчике оказалось куда больше воздуха, чем она думала, – кислород не кончился даже несмотря на ее рыдания и панический хрип, так что это обнадеживало.
В какой-то момент, впрочем, воздух в цветке все же весь вышел, и она переплыла в соседний. К тому времени, как вода снова стала чистого синего цвета, что, как она подозревала, означало наступление дня, Мира даже немного взяла себя в руки.
Живот начал урчать от голода, и она убедила себя, что у нее все получится. Даже если ундина вообще за ней не вернется, она вполне сможет справиться сама. Отец всегда говорил, что она – сила, которую стоило уважать. Пришло время доказать это.
Так что Мира вернула маску на место, протерла очки слюной, чтобы они не потели, и нырнула исследовать ее новый… дом.
В лесу водорослей водилось на удивление много существ. Конечно же она знала, что какие-то морские обитатели там точно жили, но никак не ожидала, что их будет столько. Все рыбы, которых она видела, даже те, которых ей сказал ловить Арджес, пестрили всеми цветами радуги и плавали вокруг нее маленькими стайками. Она покружилась, как когда-то в детстве с маминым шарфом, и они последовали за ней.
А еще вокруг жили осьминоги. Она насчитала троих, очень разных цветов, которые они еще и постоянно меняли. Девушка попыталась ткнуть одного, но тот раздраженно плюнул в нее чернилами и уполз по своим делам.
Вредины.
Мира больше часа сидела на камне на дне океана, держа другой камень на коленях, чтобы не всплывать, и просто… смотрела. Мимо проплыли две черепахи – они с любопытством покосились на нее, но останавливаться не стали. Рыбки тоже постепенно потеряли интерес к ней и разбежались. Ей даже удалось подсмотреть, как охотится и поедает свою добычу краб.
Это место было… невероятным. Сидя там, Мира даже не чувствовала себя собой. Ей было довольно-таки тепло, и она приучилась прятать пальцы ног в свои согнутые колени, поджав под себя скрещенные ноги, так что мерзнуть не приходилось. В остальное время она заплывала в неожиданно теплые колокольчики и прилипала ногами к странно липким стенкам.
Но вот сидя на этом камне, она не чувствовала себя Мирой. Скорее, какой-нибудь морской богиней, наблюдающей, как медленно живет ее королевство. Спустя какое-то время она даже опрометчиво сняла капюшон, чтобы почувствовать, как развеваются в воде ее волосы.
Это была лишь фантазия, за которую ей предстояло поплатиться, если ее волосы никогда не высохнут. Но где-то в глубине души она хотела прочувствовать: каково это – быть ундиной. Ей хотелось хоть немножечко побыть кем-то другим, только не собой.
Натянуть капюшон обратно на голову она не смогла, так что быстро бросила эту затею и занялась поисками еды. В отличие от Арджеса, она отказывалась есть загадочных рыбок сырыми, даже если их было легко поймать. Схватив одну такую в ладоши, она посмотрела, как малютка беззаботно плавает в ее руках кругами, и не смогла ее убить.
Но она раньше ела сырых устриц. И знала, как они выглядят. Потребовалось некоторое время, чтобы найти подходящее место. Мире не очень-то хотелось надолго покидать поляну колокольчиков или уплывать от нее далеко. Было слишком легко потеряться в зарослях водорослей, которые выглядели со всех сторон одинаково. Но ей удалось найти устриц совсем недалеко от ее места «проживания».
На удивление, их там было достаточно много, чтобы хватило надолго.
