– Во-первых, если я сейчас арестую тебя, ты знаешь, каков будет результат. – Полицейский сжал кулаки с непоколебимой решимостью в голосе. – Мы взялись не за тот конец и поймали не того человека. Мы признаём это. Но, я клянусь тебе, ты не доживешь до того дня, когда нас посадят в тюрьму!
Лицо Линь Годуна внезапно посерело, а тело обмякло.
– Это первый вариант… а как насчет второго?
– Второй – я отправлю тебя в психиатрическую больницу, и тебе не разрешат выходить оттуда до конца твоей жизни. – Шаохуа раздавил окурок рукой. – Я тебе не верю. Только навсегда изолировав тебя от этого общества, можно гарантировать, что ты никогда больше не будешь убивать.
Линь Годун был ошеломлен. Он никак не ожидал, что полицейский предложит такое решение – и волки сыты, и овцы целы… Но хотя это предложение может спасти ему жизнь, оно также означало, что он проведет остаток своей жизни в палате – в чем разница между этим и отправкой в тюрьму?
– Живой или мертвый, ты выбираешь сам.
Линь Годун сурово смотрел на Шаохуа, и негодование в его глазах становилось все сильнее и сильнее. Этот полицейский слишком коварен. Второй вариант имеет очень высокую цену. Годун и представить себе не мог, с какой жизнью столкнется в психиатрической больнице, но она наверняка будет долгой и мучительной. Является ли такая жизнь чем-то лучшим, чем смерть?
«Есть ли еще выбор?»
Внезапно железная дверь открылась, и на пороге появилась мать Линь Годуна с корзиной овощей. Как только она зашла в коридор, увидела двух человек, стоявших лицом друг к другу.
– Ой, а вы случайно не… – удивленно обратилась она к Ло Шаохуа, но вдруг увидела своего сына с окровавленным лицом. – Боже мой, Годун, что с тобой?
Пожилая женщина поспешно поставила корзину с овощами, которую держала в руке, и потянулась, чтобы помочь сыну встать. Тот перевел взгляд на корзину. Свинина, сельдерей, вермишель и яйца…
Внезапно придя в ярость, Годун пополз, упираясь руками и ногами в пол, схватил сырой свинины и, запихав ее в рот, принялся жевать.
– Бог мой! Годун, что ты делаешь? – Женщину объяли потрясение и испуг. Она потянулась, чтобы вытащить свинину изо рта сына, но тот, внезапно повернувшись, укусил ее за тыльную сторону ладони, из которой тут же потекла кровь. – Сынок, да что с тобой такое? Скажи что-нибудь! Я же твоя мать!
Линь Годун оттолкнул ее, затем бросился к корзине с овощами, схватил сырое яйцо и отправил в рот. Раздался скрип яичной скорлупы, желто-белая яичная жидкость потекла из уголка его рта.
«Жить. Лишь бы остаться в живых».
Линь Годун лежал на земле, как голодный зверь, мрачно глядя на свою ошеломленную мать и Ло Шаохуа, и странно смеялся.
Ма Цзянь долго молчал после того, как Ло Шаохуа закончил свой рассказ. Он обескураженно смотрел на старого друга, пока догоревшая сигарета не обожгла ему пальцы. Ма Цзянь выбросил окурок, снова зажег еще одну, сделал несколько затяжек и тихо спросил:
– То есть за последние двадцать лет…
– Да. – Ло Шаохуа уставился в чашку, стоявшую перед ним. – Ты помнишь доктора Чжу из больницы «Анькан»?
– Он помогал нам проводить судебно-психиатрическую экспертизу.
– Я поручил ему следить за Линь Годуном. Около четырех лет назад доктор Чжу ушел на пенсию, и его сменил врач по фамилии Цао. Каждый месяц я ездил следить за обстановкой. – Ло Шаохуа ухмыльнулся: – Состояние Линь Годуна было неплохим, но иногда случались эксцессы – и его сразу же добросовестно приводили в порядок.
– А разве это не здо́рово? – Выражение лица Ма Цзяня немного смягчилось. – Пусть так и остается.
– Это и есть проблема, из-за которой я тебя позвал. – Ло Шаохуа поднял голову, в его глазах был безграничный страх. – Его выписали.
Глаза Ма Цзяня внезапно расширились.
Ло Шаохуа рассказал о своем наблюдении за Линь Годуном после его выписки из больницы. Эмоции Ма Цзяня варьировались от сомнения до удивления и гнева. После рассказа о похищении Ло Ин он больше не мог сдерживаться: схватил чайную чашку и разбил ее о землю.
Ло Шаохуа понимал его гнев. После того как Ло Ин проснулась, она смогла вспомнить кое-что о прошедшей ночи.
Пока Сян Ян разговаривал с ней, позвонила его любовница и попросила о встрече. Это разозлило Ло Ин. После этого она зашла в бар, чтобы «запить» неудавшийся вечер. А дальше ничего не могла вспомнить.
Что касается причин и следствий, то Ло Шаохуа знал об этом лучше, чем кто-либо другой. Когда в тот день он зашел в квартиру Линь Годуна, то услышал какое-то движение за дверью. Теперь он точно понимал, что это все-таки был именно Линь Годун. Излишне говорить, что он уже раскрыл слежку. По прошествии более чем двадцати лет Ло Шаохуа снова пробрался в его квартиру, чем окончательно разозлил маньяка. Линь Годун проследил за Ло Ин и похитил ее, но не причинил ей вреда. Он порезал ладонь на станции метро и оставил кровавый отпечаток, просто чтобы предупредить и напугать Ло Шаохуа.
Он вновь обрел свободу, и никто и ничто не могло его остановить.
