– Да, – Ду Чэн кивнул, – и это они назвали «разумным и законным». Ведь тогда его не смогли бы допросить по причине смерти.
Юэ Сяохуэй некоторое время молчала, затем скривила губы:
– Они и правда пошли на такое…
– А теперь вырисовывается очень сложная ситуация. – Ду Чэн нахмурился. – Возможно, в доме Линь Годуна остались улики, но это маловероятно. Сейчас мы не можем открыто расследовать его действия, иначе этот ублюдок сбежит.
– Если вы так говорите… – Вэй Цзюн надолго задумался. – То совершенно невозможно найти достаточно доказательств.
– Необязательно. Давайте рассмотрим это дело еще раз, возможно, мы сможем найти какие-то зацепки. А что делать с теми двумя… я придумаю.
– Если мы что-то обнаружим, то обязательно вам позвоним.
– Хорошо. – Ду Чэн отвернулся, чтобы завести машину, но снова обернулся. – Кстати, Вэй Цзюн, когда я учил тебя определять местоположение в прошлый раз…
– Давай поговорим об этом позже, – немедленно прервал его юноша.
Юэ Сяохуэй удивленно посмотрела на него, а затем на Ду Чэна.
– Я голоден. – Вэй Цзюн снова повернулся к окну. – Если мы сейчас не вернемся в университет, в столовой не останется еды.
Цзи Цянькунь просидел в комнате целый день и вечер не двигаясь, пока солнце не поглотила тьма. Было время ужина; из коридора доносился шум и тянулся запах еды. По другую сторону стены жили старые и немощные люди, но они продолжали бороться…
Цзи Цянькунь протянул руку и взял свой мобильный телефон. Экран загорелся. Слабый свет казался ослепительным в комнате, где он не мог видеть даже своих пальцев. Лицо Цзи Цянькуня было белым, как бумага, а морщины на щеках – острыми, как нож.
Он нажал на экран и набрал номер телефона. После слабых гудков в динамике раздалось нетерпеливое ворчание:
– В чем дело?
– Лао Чжан, – выражение лица Цзи Цянькуня было спокойным, – зайди ко мне.
Лифт остановился на восьмом этаже. Вэй Цзюн вышел из кабины, огляделся по сторонам и двинулся направо, к темно-зеленой железной двери, на раме которой все еще держалась разорванная заградительная лента. Заглянув в замочную скважину, достал из кармана новенький ключ. Еще раз проверив обстановку вокруг себя, отрегулировал угол его наклона. Наконец защелка замка отодвинулась. Взломостойкая дверь открылась, и Вэй Цзюн быстро проскользнул внутрь. Закрыв дверь, он начал осматривать квартиру.
Окна закрывали плотные тканевые шторы, освещение было приглушенное. В воздухе все еще витал слабый кисловатый запах. Отделка оказалась относительно старой, а громоздкую, но прочную мебель, казалось, не меняли с 1990-х годов. В просторной гостиной были расположены только диван, журнальный столик и тумба с телевизором. Спальня была намного у́же. Двуспальная кровать, комод и платяной шкаф заняли в ней почти все место.
Исследовав комнату, Вэй Цзюн зашел на кухню, некоторое время разглядывал замасленную посуду и пыльную плиту – и наконец обнаружил подставку для ножей. Достал нож для разделки костей, наклонился, чтобы рассмотреть его поближе, а затем вставил на место.
Вернувшись в гостиную, он сел на диван из свиной кожи; тот сильно износился, его поверхность покрылась множеством трещин, больших и маленьких. Некоторые трещины были небрежно заклеены скотчем, а из остальных торчала набивка. Вэй Цзюн немного посидел, чувствуя, как у него чешется в носу от пыли, витающей в воздухе. Затем открыл свой рюкзак, достал нераспечатанную коробку сигарет «Кент» и вынул одну. Прикурил от зажигалки, осторожно сделал затяжку – и тут же закашлялся. Поднялась пыль, и он несколько раз чихнул, прежде чем его дыхание успокоилось.
Юноша уставился на сигарету в своей руке и сделал еще одну затяжку. Зуд в горле все еще ощущался, но парень через силу вытерпел его. Он медленно докурил и, затушив окурок, окутанный дымом, снова оглядел всю гостиную и двинулся к ванной комнате. В ней не было окон и царил полумрак. Вэй Цзюн нашел выключатель и нажал на него, но ничего не произошло. Он покачал головой и открыл дверь нараспашку.
При слабом свете, проникавшем из гостиной, юноша осмотрел узкое пространство площадью менее пяти квадратных метров. Четыре стены и пол были покрыты белой керамической плиткой, а потолок отделан белыми алюминиево-пластиковыми панелями. Из-за возраста и небрежного отношения края плитки и панелей начали желтеть, в углах появились черные пятна плесени. На краю умывальника были разложены мыло, зубная паста и две одноразовые зубные щетки. В раковине все еще остались пятна от воды, на которые осела пыль. Под стеной с западной стороны находилась керамическая ванна, выглядевшая так, словно ею давно не пользовались. Вэй Цзюн оперся руками о ее край и, наклонившись, внимательно осмотрел ванну, а затем оглянулся на спальню напротив. Быстро вышел из ванной и направился прямиком туда. Огляделся, лег на пол и осмотрел изножье кровати. Кроме толстого слоя пыли, под кроватью ничего не было. Вэй Цзюн встал на колени, отряхнулся и снова пошел в гостиную.
