Под диваном ничего не оказалось, кроме коробки из-под таблеток. Вэй Цзюн встал и начал осматривать каждый уголок комнаты. Проверил каждый ящик и полку, но того, что он искал, по-прежнему не было.
На лице Вэй Цзюна не было разочарования, он был лишь слегка озадачен. Откинулся на спинку дивана, положив локти на колени и задумчиво опустив голову. Прошел почти час, как он вошел сюда. Поняв, что в поисках больше нет смысла, юноша начал раскладывать вещи, которые носил с собой. Вытерев пепел, завернул окурок в бумажное полотенце и положил в карман. Затем встал и направился к двери.
В подъезде царила тишина. Вэй Цзюн выскочил из квартиры и уже собирался запереть дверь, но остановился, взявшись за дверную ручку. Вернулся в квартиру, прошел через коридор и направился в спальню. Стоя перед шкафом высотой более двух метров, оглядел его сверху вниз, затем вернулся в гостиную и взял стул у обеденного стола. Стоя на нем на цыпочках, протянул руку и пошарил на крышке шкафа – за долгие годы поверхность покрылась толстым слоем пыли. Внезапно его рука замерла. Он достал со шкафа какой-то длинный предмет. Эта штука была завернута в газету, а концы ее обмотаны желтой лентой. Вэй Цзюн поднял находку и встряхнул – поднялось большое облако пыли. Газетой оказалась «Жэньминь жибао»[50] от 29 октября 1992 года. Она пожелтела и стала хрупкой. Под газетой появилось что-то темно-коричневое, холодное и твердое на ощупь. У Вэй Цзюна перехватило дыхание. Он наспех порвал газету.
Это была ручная пила.
Ду Чэн припарковал машину, поспешно перешел дорогу и посмотрел на вывеску перед собой: «Кафе Лео». Он направился к входу. Сделав пару шагов, увидел Ло Шаохуа по другую сторону стеклянного окна, тянувшегося от пола до потолка. Бывший сослуживец сидел за столом, перед ним стояла нетронутая чашка кофе, в пальцах зажата сигарета. Он напоминал глиняную скульптуру.
Ду Чэн глубоко вздохнул, открыл дверь и вошел внутрь.
Когда он уселся напротив Ло Шаохуа, тот сразу пришел в себя – неохотно улыбнулся и потушил окурок, который вот-вот должен был обжечь его пальцы. Ду Чэн попросил стакан воды и, отослав официанта, стал внимательно разглядывать бывшего друга.
Тот сильно похудел. Щеки ввалились. Густая жесткая щетина покрывала весь подбородок, отросшие волосы растрепались. Лишь поблескивали налитые кровью глаза, время от времени кидающие по сторонам настороженные взгляды. Встретившись взглядом с Ду Чэном, Ло Шаохуа быстро отвел взгляд.
– Я пришел один и не брал с собой записывающее оборудование. – Ду Чэн знал, отчего Шаохуа так нервничает, поэтому достал мобильный телефон, выключил его и положил на стол. – Не волнуйся.
Ло Шаохуа смущенно улыбнулся, взял чашку с кофе и сделал глоток, по-прежнему оглядываясь по сторонам.
– Лао Ло, я не буду ходить вокруг да около, – перешел прямо к делу Ду Чэн. – Мы с тобой оба знаем, что Линь Годун – убийца.
Ло Шаохуа некоторое время трясло, все его тело сжалось. Через некоторое время он поднял голову и выдавил из себя улыбку.
– Спасибо тебе за прошлый раз.
– Пойми, только потому, что я отпустил вас, это не значит, что я позволю…
– Я благодарю тебя не за то, что ты нас отпустил, а за то, что остановил, – опустив голову, произнес Шаохуа. – Я оглядываюсь назад и думаю о том,
Ду Чэн несколько секунд смотрел на Ло Шаохуа, затем продолжил смягчившимся тоном:
– Шаохуа, я знаю, что ты не такой человек…
– Не имеет значения. – Он вздохнул. – Раньше я был полицейским, но совершил роковую ошибку.
– Все равно уже слишком поздно что-либо исправлять, – подавшись вперед, серьезно сказал Ду Чэн. – Вот почему я пригласил тебя сегодня на встречу.
Шаохуа некоторое время молчал, затем тихо произнес:
– Чэн, я знаю, чего ты хочешь.
– Если ты предоставишь мне доказательства, Линь Годун сможет предстать перед судом. – Ду Чэн сделал паузу. – Что касается тебя…
– Прости, Чэн. – Ло Шаохуа посмотрел на него со смесью горечи и вины на лице. – Я не смогу тебе их дать.
Ду Чэн невозмутимо продолжил:
– Ну, тогда ты, по крайней мере, расскажешь мне, как узнал, что Линь Годун настоящий убийца.
– И этого я тоже не могу сделать, – не колеблясь произнес Шаохуа. – Я ничего не могу тебе сказать.
Ду Чэн был застигнут врасплох. Он и не рассчитывал, что Ло Шаохуа с легкостью отдаст ему все улики, но, если он рассказал бы правду о своей слежке за Линь Годуном, это могло бы помочь сбору доказательств. Однако решительный настрой Ло Шаохуа разрушил все его надежды.
– Тогда что же, оставить его безнаказанным? Наблюдать, как он продолжает убивать? – вспылил Ду Чэн. – Только для того, чтобы ты мог спокойно наслаждаться своей отставкой?
– Чэн, за последние двадцать лет у меня не было ни одного спокойного дня. – Шаохуа горько улыбнулся и указал на свою голову. – Его внешность запечатлена здесь. И каждый умерший, включая Сюй Минляна, тоже находится здесь.
