– Так… шнур питания… разъем адаптера… – пробормотал он под нос. Затем воткнул провод в разъем. – И потом… в розетку.
Лэптоп был подключен. Он взял мышку:
– А это в разъем для USB…
Первая попытка подключить ее провалилась: шнур никак не хотел подсоединяться к лэптопу. Линь Годун не осмелился идти напролом – боялся испортить эту драгоценность, стоившую ему более четырех тысяч юаней. Подумав, он снова посмотрел на провод мышки, перевернул его – и это был успех!
Линь Годун щелкнул пальцами, обдумывая следующий шаг, но осознал, что уже все забыл. Постучав по голове, он снова взял руководство по использованию и наконец нажал на кнопку питания.
Лэптоп запустился, издавая почти неслышное жужжание. Дисплей загорелся. После приятной на слух короткой мелодии на экране появились ряды иконок.
Линь Годун почувствовал воодушевление. Он схватил мышку и поочередно стал щелкать на ярлыки на рабочем столе. Наконец открылось приложение «Ворд».
Переключив метод ввода на пиньинь[24], Годун осторожно стал нажимать на клавиши, и примерно через полминуты на белом фоне документа «Ворд» появились два слова – «Линь Годун».
Он засмеялся, посмотрел по сторонам, будто хотел увидеть кого-нибудь и поделиться с ним этой радостной новостью. Годун чувствовал себя совсем одиноким в своей квартире, но это успешное действие дало ему огромный толчок. В течение следующего часа он словно выстукивал на клавиатуре какую-то мелодию.
Даже с приходом глубокой ночи интерес Линь Годуна ни на йоту не уменьшился – он все сидел перед лэптопом, изучая его функции. Наконец заметил на рабочем столе иконку браузера «Интернет эксплорер». Ему нужно было извлечь из лэптопа все возможное – ведь дел у него оставалось немало…
После того как Годун вышел из больницы, он узнал об интернете из телевизора и радио – это было его «ярлыком» для возвращения в мир людей. Открыв для себя это, он понял, что сейчас весь мир перед его глазами.
Линь Годун с выражением бесконечной заботы и уважения смотрел на лэптоп. Изменения в мире поколебали его, заставили завидовать, но еще больше – мечтать.
«Этот мир… так прекрасен!»
Наступило самое холодное время в году. Подперев щеку рукой, Вэй Цзюн смотрел в окно. Недавно выпал снег, и сейчас перед его глазами раскинулось ослепляющее белое полотно. Серо-коричневые ветви деревьев вместе с далекими мрачными высотками походили на один огромный рисунок тушью.
Постепенно понижающаяся температура означала еще две вещи: Новый год и зимние каникулы.
– До конца экзамена осталось пятнадцать минут. Те, кто еще не закончил, поторопитесь.
Напоминание ассистента экзаменатора вырвало парня из его мыслей. Он наскоро пробежался по своим ответам и, решив, что они его устраивают, собрал вещи, сдал экзаменационный лист и ушел.
Погода была холодной. Вэй Цзюн, втянув голову в плечи, вернулся в общежитие. Многие его соседи уже начали собирать чемоданы. Финальные экзамены завершились, поэтому те, кто жил в других городах или провинциях, стремились как можно скорее вернуться домой. Но Вэй Цзюн, который был родом из этого города, не спешил возвращаться, поэтому помогал соседям упаковывать чемоданы и книги вплоть до обеда. Соседи по общежитию забрали все вещи без остатка. В конце концов в пустом здании остался только Вэй Цзюн.
Дойдя до другого общежития, он понял, что ситуация здесь такая же: в большинстве своем остались те, кто готовился сдавать экзамен в магистратуру. Обычно чересчур оживленное мужское общежитие сейчас было непривычно тихим. Вэй Цзюн сделал круг по зданию и, заскучав, решил поехать после обеда домой.
Вещей у него было немного: кроме одежды, которую нужно было постирать, оставались книги, отложенные на каникулы. Закончив сборы, юноша взглянул на часы – как раз время обеда. Он повесил сумку на плечо и направился в столовую.
Та была наполовину пустой. Вэй Цзюн набрал еды и, взяв поднос, пошел к рядам столов. Тут он краем глаза заметил Юэ Сяохуэй, которая ела малатан[25]. Она тоже заметила его и жестом подозвала к себе.
– Как тебе утренний экзамен? – Сяохуэй взяла рыбный шарик и, улыбнувшись, спросила: – Я видела, ты сдал очень рано.
– Нормально. Перейду порог без проблем. – Вэй Цзюн поставил рюкзак на стул рядом. – А как ты написала?
– Сойдет. – Она посмотрела на его сумку. – Что, собираешься домой?
– Да, поеду после обеда. – Вэй Цзюн отхлебнул суп. – Слишком соленый. А ты? Ты когда уезжаешь?
– Я не тороплюсь. Все равно живу в этом городе. – Сказав это, она будто растеряла всякий интерес к этой идее, но тут же ее глаза вновь загорелись. – Хочу увидеться с Горошинкой после обеда!
Вэй Цзюн поначалу не понял, но затем вспомнил американскую короткошерстную кошку.
– Занятия по социальному опыту уже закончились, а ты до сих пор туда ездишь… Кстати, что с ее кожной болезнью?
– Стало лучше. – Юэ Сяохуэй посмотрела на Вэй Цзюна и рассмеялась. – Ты говоришь обо мне. А сам-то?
Вэй Цзюн сразу вспомнил о Цзи Цянькуне. Они не виделись больше недели, и он не знал, как там дела у старика.
