– Говорю же, она правда выпила. Много. Не брала трубку – вот я и заволновался… – Ло Шаохуа избегал его пристального взгляда. – Вон, врач только что сказал… Ты не слышал?
– Где-то лет двадцать назад Ло Ин плохо сдала итоговые экзамены в средней школе. Она боялась вернуться домой и ночевала у друзей два дня. – Ду Чэн наблюдал, как меняется выражение лица Шаохуа. – Но в тот момент ты не был так обеспокоен, как сегодня. По твоему тону я уж подумал, что ее похитили.
Ло Шаохуа вздрогнул:
– Чэн, мы постарели. Не любим возвращаться к одному и тому же. Если у детей какая-то неприятность, то сразу и на сердце неспокойно.
– Но ты, я смотрю, любишь возвращаться к старому. – Ду Чэн слегка пнул рюкзак Ло Шаохуа. – Если она всего-навсего не брала трубку, тогда для чего ты взял дубинку и бинокль?
Ло Шаохуа тут же опустил голову и увидел, как из широко распахнутого рюкзака торчат дубинка и бинокль.
На самом деле ему и самому было трудно объяснить, почему он позвонил Ду Чэну. Стоило подумать о том, что Ло Ин, возможно, ранена, как именно Ду Чэн первым пришел ему в голову. Может быть, образ старого друга, который упорно искал настоящего преступника на протяжении двадцати лет, помог наконец осознать, насколько может быть опасен Линь Годун. В данный момент Шаохуа не мог объяснить реальное положение вещей, но понимал, что любая причина или отговорка не пройдет мимо ушей Ду Чэна просто так. А допустить раскрытия истинной картины нельзя: если рассказать об истинной природе Линь Годуна, произойдет катастрофа. Он посмел взять в заложницы Ло Ин, угрожал ему и приехал на станцию убедиться, что Ло Шаохуа придет один…
Шаохуа ошибочно полагал, что ловит цикаду, но Линь Годун оказался настоящим чижом.
– Что ты делаешь, в конце концов? – Ду Чэн не отводил взгляда от старого коллеги. – Как это вообще связано с Ло Ин?
Кровь стыла в жилах. Ло Шаохуа повернулся и отрешенным взглядом посмотрел на Ду Чэна.
– Никак не связано. Ничего не делаю…
Чжан Хайшэн отступил назад, поправил белую доску на стене, снова подошел поближе и вбил последние гвозди в стену.
– Вот так нормально?
– Да, оставь так. – Цзи Цянькунь наполнил чашку водой и отдал Вэй Цзюну, а затем снова распорядился: – И еще прикрепи перекладину.
Лицо санитара помрачнело, но он начал выполнять то, что ему сказали. Закончив с одной стороной держателя, грубо сказал сидевшей на кровати Юэ Сяохуэй:
– Ты закончила?
– Почти. – Она откусила конец нитки и передала ему полотно.
Санитар продел холст, закончил устанавливать держатель, а затем бросил молоток в коробку с инструментами.
– Готово.
– Хорошо. Можешь идти. – Цянькунь сложил стопку фотографий, которую держа в руках, и даже не посмотрел на него. – Если мне что-то понадобится, я позову тебя.
Чжан Хайшэн поднял коробку с инструментами и вышел, демонстративно хлопнув дверью. Юэ Сяохуэй проводила его удивленным взглядом. Она так и не поняла, как старику удалось настолько хорошо подчинить себе санитара, но причину этого ей было бы неловко узнавать прямо сейчас.
Цзи Цянькунь покрутил колеса инвалидной коляски:
– Помогите прикрепить фотографии на доску.
Юэ Сяохуэй и Вэй Цзюн взялись за работу. Вскоре половина доски была заполнена снимками, а маленькая комната превратилась в зал заседаний отделения полиции.
Все фотографии они распределили на четыре серии: каждая серия – кадры с места происшествия и с аутопсии – была развешена в соответствии с датой совершения преступления.
Вэй Цзюн, взглянув на доску, произнес:
– Может, нужно повесить схематическую карту мест происшествий?
Цзи Цянькунь ответил не сразу, задумчиво смотря на четвертую серию фотографий. Его жена, Фэн Нань, лежала в странной позе на секционном столе из нержавеющей стали. Вэй Цзюн и Юэ Сяохуэй понимающе переглянулись.
Старик очнулся и, поняв, что едва не потерял самообладание, поспешил натянуть на лицо улыбку.
– Так-то лучше. Очень наглядно…
Он не договорил – в комнату вошел Ду Чэн.
– Это зачем? – Бывший полицейский удивленно оглядел доску.
– О! Вы как раз вовремя! – Цзи Цянькунь пригласил его сесть. – Ну как вам? Недурно, да?
– Мы делали так же, когда докладывали об убийстве. – Ду Чэн не сдержал улыбки. – Ваша идея?
– Угу. Так удобнее анализировать детали. К тому же… – Цянькунь подъехал к стене и, схватившись за угол белого полотна, дернул вниз. – Можно будет прикрыть, чтобы не напугать кого-нибудь.
– А вы все продумали, я погляжу… Обнаружили что-нибудь?
Трое человек переглянулись, но ничего не сказали.
Те материалы, которые предоставил им Ду Чэн, лишь помогли понять общую картину. Но что же касается логических цепочек и каких-то зацепок… это им было не по силам. Максимум, что они могли сделать, – строить догадки и предположения, не опираясь на доказательства.
– Офицер Ду, – произнес Цзи Цянькунь после размышлений. – Мы не можем стоять в стороне, лишь поскольку верим, что Сюй Минлян не убийца, верно?
– Верно, – тут же подтвердил Ду Чэн. – Иначе я уже давно забросил бы это дело.
– Хорошо. Тогда наша отправная точка одинакова. Но прогресс разный. К тому же вы наверняка продвинулись дальше нас.
