– Ду Чэн, то дело, о котором ты спрашивал… есть новости.
Трое человек смотрели на то, как Ду Чэн разговаривает по телефону. Его выражение менялось с удивленного на озадаченное и с озадаченного на мрачное. Он говорил только что-то вроде «м-м-м» и «угу», а в конце спросил: «Где?» – и повесил трубку.
– Прошу прощения. – Ду Чэн поднялся и взял сумку. – Мне нужно покинуть вас на время.
Линь Годун сидел напротив Чэнь Сяо и наблюдал, как девушка пересчитывает стопку купюр. Ее рука была белоснежной и блестящей, сквозь кожу проглядывали светло-голубые вены. Линь Годун выпрямился и коротко выдохнул.
Чэнь Сяо заметила его взгляд и улыбнулась.
– Не волнуйтесь, я посчитала правильно. – Она протянула купюры мужчине. – Проверьте.
– А? Да не нужно! – Линь Годун немного сконфузился и кое-как запихнул зарплату в карман.
Чэнь Сяо достала архивную папку в оберточной бумаге:
– Три эссе и два текста для рекламы. Десять дней. Справитесь?
– Я взгляну для начала. – Годун вытянул документы из папки. – Это эссе на экономическую тематику, нужно будет просмотреть немало специальных терминов…
– Тогда дадим вам две недели.
– Хорошо. Без проблем.
Чэнь Сяо встала, надела пальто и, собрав все вещи, поняла, что Линь Годун стоит на том же месте, держа в руках документы.
– Я иду обедать, – произнесла она и затем, будто прощупывая почву, спросила: – Не хотите составить мне компанию?
– А? – Он пришел в себя и засуетился. – Хорошо!
Чэнь Сяо почувствовала себя странно, но сказанное было уже не вернуть. В конце концов она решила, что в одном совместном обеде нет ничего страшного.
Они вышли из офиса. Чэнь Сяо закрыла дверь и сразу направилась к лифту. Во время ожидания они болтали о каких-то пустяках. По Линь Годуну было видно, что он нервничал: вытянулся в струнку и в упор смотрел на меняющиеся цифры на электронном табло лифта. Чэнь Сяо позабавило его состояние – она не ожидала, что этот пожилой господин такой скромняга.
Вскоре лифт добрался до их этажа. В кабине оказалось очень много людей, большинство из которых направлялись на обед. Чэнь Сяо и Линь Годун втиснулись в толпу: она оказалась около дверей, а он – позади нее.
Лифт поехал вниз. Чэнь Сяо размышляла, съесть ли тарелку вонтонов[40] или же малатана, как вдруг почувствовала на своей шее слабое дыхание. Будто у человека позади нее началась тяжелая одышка.
Она нахмурилась и машинально шагнула вперед. В то же время до ее ушей долетел тихий странный звук. Похож он был на тяжелый выдох. Или же на стон.
Спустя пять минут Линь Годун и Чэнь Сяо стояли в переулке. По обеим сторонам от них находились многочисленные дешевые забегаловки.
– Вонтоны, малатан или говяжья лапша? – спросила Чэнь Сяо. – Я угощаю.
– Не нужно. В чем смысл, когда угощает дама? – Линь Годун осмотрелся по сторонам. – Поешьте чего-нибудь хорошего.
– Тогда прошу прощения.
– Не стесняйтесь. – Линь Годун похлопал себя по карману. – Разве мне только что не выдали зарплату?
В итоге они приняли решение пообедать хот-потом[41] из окуня. Войдя в ресторан, выбрали место у окна. Чэнь Сяо сняла пальто, под которым был желтый свитер, а Линь Годун сел напротив нее и, оглядев девушку сверху вниз, махнул рукой официанту.
– Заказывайте, – он протянул ей меню, – выбирайте свое любимое.
– Вы на меня потратитесь… – Чэнь Сяо, пытаясь соблюсти чувство меры, выбрала несколько блюд с приемлемой ценой и заказала пиво специально для Линь Годуна.
Еду и напитки подали быстро – и они принялись обедать. От кипящего хого, который стоял посередине стола, валил густой пар. На лице девушки проступили капли пота, а щеки раскраснелись. Чэнь Сяо поддела воротник свитера и обмахнулась им.
– И правда очень вкусно. Только вот боюсь, что потом от меня будет пахнуть… Потом пойду прогуляюсь и заодно проветрюсь.
Линь Годун, однако, ел мало и небольшими глотками потягивал пиво. Его ноздри постоянно шевелились.
– Мистер Линь, зарегистрируйтесь на почте. – Чэнь Сяо взяла палочками кусочек рыбного филе. – Будете присылать перевод через интернет. Это сэкономит вам время.
– Ничего страшного. Я уже стар; можно считать, что таким образом я закаляюсь.
Чэнь Сяо продолжила сосредоточенно есть.
– Сейчас такие дядечки, как вы, очень популярны…
– Ха-ха! Да ладно? – На лице Линь Годуна появилась улыбка. – Вам жарко? Не хотите пива?
– Можно! – Чэнь Сяо живо потянулась за стаканом и внезапно обнаружила, что рука, в которой Линь Годун держал бутылку, перевязана бинтом. – Ой-ёй! Вы где-то поранились?
– Пустяки, – отмахнулся он и наполнил стакан девушки пивом. Затем снова посмотрел на свою ладонь. – Ловил одного богомола[42] и по неосторожности порезался.
– Богомола? – Чэнь Сяо это позабавило, но в то же время и показалось странным. – Где же вы нашли богомола зимой?
Годун смотрел на ее округленные глаза и румяное лицо. Глубоко вдохнув, он прищурился и со смехом произнес:
– Да, представляете, это и правда был богомол…
