Он не видел ее целый год. Она заметно похудела, а волосы, в которых изначально виднелось лишь несколько серебряных нитей, почти полностью поседели. На лице образовались хаотичные морщины, из-за которых она будто постарела на десять с лишним лет.
Хотя зима еще не наступила, на Ян Гуйцинь уже были и пуховик, и шапка с шарфом – полный комплект. Вид у нее был такой, будто она могла свалиться даже от хилого ветерка.
В руках она несла тканевую сумку. Каково было ее содержимое, оставалось непонятным, но очевидно, что Ян Гуйцинь было тяжело держать ее. Пройдя несколько шагов, она опустила ношу на землю, вдохнула и пошла дальше, направляясь к автобусной остановке.
В этот момент туда медленно подъехал автобус, высадил пассажиров и закрыл двери, собираясь уезжать. Ян Гуйцинь заторопилась, изо всех сил волоча за собой сумку – хотела догнать, – но внезапно потеряла равновесие и упала на землю.
Ло Шаохуа поспешил помочь ей. Ян Гуйцинь подняла на него полный благодарности взгляд, но, стоило ей узнать его, ее улыбка застыла.
– Это вы? – Она отбросила его руку. – Мой сын мертв, компенсация выплачена, что же вам еще от меня нужно?
Ло Шаохуа не нашелся с ответом, поэтому поднял сумку и увидел, что там лежат книги.
– Зачем вам это?
– Не ваше дело. – Ян Гуйцинь выхватила сумку и пошла прочь.
Однако, сделав несколько шагов, она снова остановилась, чтобы отдышаться. Ло Шаохуа с жалостью смотрел на нее. Он подошел, взял сумку и подхватил женщину под локоть.
– Я отвезу вас. – Он повел Гуйцинь к дороге. – В таком состоянии вы упадете где-нибудь на полпути.
Ян Гуйцинь все еще сопротивлялась, но Ло Шаохуа не обращал на это внимания и тянул ее за собой к машине. Лишь когда он закрыл дверь и помог ей застегнуть ремень безопасности, только тогда она сдалась.
– Куда вам нужно?
– Дом преподавателя моего сына. – Она сердито смотрела вперед, холодно проговаривая слова. – Он оставил несколько книг у нас дома. Я обнаружила их, когда собирала вещи Минляна.
Ло Шаохуа еще раз взглянул на забитую доверху сумку.
– Она же такая тяжелая… Как вы вообще ее подняли?
– Тяжело, но я не могу не вернуть их! – Пожилая женщина отвернулась к окну. – В нашей семье возвращают долги.
«Умел взять – умей и отдать…»
Четверо семей потерпевших сразу же выдвинули гражданский иск с требованием компенсации, которая достигала ста тысяч юаней. Ян Гуйцинь вытащила все накопленное, продала пикап – и только так еле-еле смогла рассчитаться.
Ло Шаохуа еще раз кинул взгляд на ее упрямый вид и, вздохнув про себя, нажал на педаль газа.
Дом преподавателя Сюй Минляна находился недалеко – в пределах района Тедун. Шаохуа вел машину и время от времени посматривал на Ян Гуйцинь. Пожилая женщина молчала всю дорогу, крепко вцепившись в подлокотники. Ее худое лицо было скрыто за шапкой и шарфом.
– С кем обычно контактировал Сюй Минлян?
Ян Гуйцинь не ответила.
– Сколько у вас было постоянных покупателей?
Она повернулась к нему и потом тут же отвернулась.
– Зачем вы спрашиваете?
Ло Шаохуа не знал, как ответить. Поразмыслив, он снова задал вопрос:
– Ваш племянник, тот, который взял на себя работу за прилавком, как он относился к Сюй Минляну?
– Вы приходили к моему племяннику?! – неожиданно вспылила Ян Гуйцинь. – Минлян уже заплатил жизнью. Что вы еще хотите сделать? Впутать в это девять поколений?[43]
Ло Шаохуа решил пока что не задавать вопросов и сосредоточился на дороге. У молодого человека, который теперь управлял лавкой, и правда может быть мотивация отомстить миру за брата. Ло Шаохуа не знал, какие отношения у них были с Сюй Минляном, но по-прежнему считал, что вероятность совершения им преступления мизерная. То, как он рубил свинину, делало очевидным тот факт, что расчленить труп для него – сложная задача. Кроме того, Ло Шаохуа не увидел в его взгляде бездонной злобы.
Спустя десять минут они добрались до жилого комплекса. Это был район завода глутамата натрия «Люйчжу», и, скорее всего, все местные жители были его работниками. Пожилая женщина, ни разу не обернувшись, открыла дверь машины и вышла.
Шаохуа тоже поспешно выпрыгнул из салона и, догнав Ян Гуйцинь, без всяких разговоров схватил у нее солидную сумку. Женщина больше не хотела с ним пререкаться и просто молча шла рядом.
Под ее руководством Ло Шаохуа дошел до четвертого подъезда двадцать второго дома, а она плелась примерно в десяти метрах от него. Вес книг был внушительным. Что уж говорить о старой и дряхлой Ян Гуйцинь – Ло Шаохуа сам через силу нес сумку. Он хотел было поставить ее на землю, чтобы размять затекшую руку, но сразу же передумал: побоялся испачкать сумку и навлечь на себя гнев Гуйцинь. Огляделся по сторонам, увидел белый пикап, припаркованный около подъезда, и решил опустить сумку прямо на багажник, чтобы подождать Ян Гуйцинь.
Дверь пикапа неожиданно открылась, и Ло Шаохуа встретился с хмурым взглядом водителя:
– Положил на время. – Ло Шаохуа указал на Ян Гуйцинь. – Жду ту старушку.
Мужчина кивнул и залез обратно в машину.
