– Ядовитые зелья, проклятия, восставшие мертвецы… Сотворив такое заклинание маг платит кровью. Своей или чужой. Не все маги такие как твой брат и твой друг, не все обладают настолько чистой силой.
Морган и Стейн изумленно уставились друг на друга.
Женщина быстро смочила припарку в согретом настое. Когда ее рука коснулась раны Моргана, тот вздрогнул под ее взглядом и быстро отвел глаза.
– Какое отважное лицо, – невольно изумилась она.
Мальчик закусил губу и зарделся, словно юная девица. Ему не часто приходилось ловить на себе встречать чбе-то восхищение.
– Ты можешь услышать запретную магию? – не унимался его маленький брат. – Научи меня!
Женщина рассмеялась в ответ на его просьбу.
– Если бы для этого хватало только пытливого ума!
Когда она обработала рану, Морган быстро скользнул поближе к Стейну, подальше от своего смущения и расспросов Аарона. Слова Гудрун не укладывались в его голове. Она говорила так, что ей сложно было не поверить, но в тоже время каждое ее слово было похоже на сказку, выдуманную для мальчишек. Облокотившись на пещерную стену, он уселся рядом с другом. Тот даже не шелохнулся.
– Значит, и ты маг? – губы Моргана расплылись в кривоватой усмешке. – Теперь я понимаю, почему твой отец позволил тебе так рано выйти на поле боя.
– Для того, чтобы сражаться, недостаточно быть магом, – покосился на него Стейн. – Ты мог умереть сегодня, задира! Если бы я не успел найти вас, то твое тело сейчас остывало бы на берегу Темного озера.
– Нет. Умереть мог Аарон, а я бы предпочел сделать это вместо него.
Сын кузнеца повертел в руках вырезанную фигурку волка. Она была сделана наспех, совсем не обточена, и только смутно напоминала зверя, которым должна была стать. Он протянул ее Моргану. Точно так же как и эта фигурка, тот изо всех сил стремился стать волком, но был лишь его подобием –уже научился рычать, скалиться и кусать, но все еще оставался беззаботным щенком. Он все еще был глуп ровно настолько, насколько и смел.
– Останься с братом, – прошептал Стейн, заслышав снаружи низкое монотонное гудение. Он не впервые слышал его, и именно это заставило юношу насторожиться.
Выйдя из пещеры, Стейн прикрыл ладонью глаза, защищая их от яркого света. Над полем боя нависли устрашающие искрящиеся воронки, алое мерцающее свечение вспыхивало то тут, то там, оставляя в темном небе призрачные блики, воздух наполнялся тяжелым утробным звоном. Стейн уже видел нечто подобное раньше, когда воин, окруженный врагом, вдруг отбрасывал меч и обращался в стихию. Об этом нельзя было говорить, на это нельзя было смотреть, нельзя было оставлять эти воспоминания себе. Дар, свой или воина, бьющегося плечом к плечу рядом с тобой, должен был оставаться тайной.
Маги явили силу, защищая свой дом. Сражение быстро придет к концу, какую бы сильную армию не привели руалийцы.
– Скоро все будет кончено, – юноша услышал позади тихий голос Гудрун.
Стейн не смог обернуться – он неотрывно смотрел на вспышки, взметающиеся в небо, подобно молниям, и какое-то непонятное ликование и гордость, не испытываемые ранее, наполняли его.
Он решил, что вернется в Эстелрос к утру, вернется туда, где больше не нужно будет скрывать свой дар. Он чувствовал вкус перемен и едва сдерживал улыбку.
Маги явили силу.
– Что скажет король Эльрат, узнав об этой битве? – Стейн не заметил, как произнес это вслух.
– Чтобы сжечь нас всех, во всем Айриндоре не хватит хвороста, – засмеялся Морган, устремивший темные глаза прямо в небо, его смех подхватил и Аарон – мальчишки ликовали, но никто из них не мог объяснить почему.
Глава 7. Огненная дева
Реми запрещал ей заходить в порт, когда к городу подходили большие корабли. Поначалу она слушалась его, и немудрено – это была настоящая клоака. Земля должна была давно разверзнуться и поглотить это место, пропахшее одурманивающими зельями, продажными женщинами и рвотой. Но время шло и Мириам научилась не отрывать лишний раз взгляда от мостовой, уложенной булыжниками и стекающими сточными водами.
– Я – тень, – шептала она себе под нос.
Лучше смотреть на эту грязь под ногами и на собственные дырявые башмаки, чем опасливо озираться по сторонам – так она решила, прижимая к себе покрепче сверток с едой и быстро проносясь мимо грязных таверн и дешевых лавок, стараясь не замечать их. Ее ноги давно уже знали дорогу – каждый поворот, каждую ступеньку. Почувствовав запах полыни, она поняла, что скоро попадет на причал.
– Куда спешишь, девка? Хочешь, я покажу тебе Западный берег?
