— Давайте не будем приплетать сюда все подряд, — разозлился Рыбников. Как и любой полицейский, он не любил лишней работы. Ее у них и без того полным-полно. — Я с трудом склоняюсь к тому, что смерть мальчишки связана со смертью бомжихи, это при условии, что именно она вам звонила (будем ждать распечатку телефонной компании и сопоставлять с ее передвижениями), но не хватало еще сваливать в эту кучу убийство четырехлетней давности, которое и убийством как таковым не является, а несчастным случаем.
— А если не несчастный случай? И между прочим, оно и так свалено в эту кучу, потому что телефонная бомжиха намекала именно на это!
— Слушайте, — вконец разозлился рыжий капитан, — я понимаю, что вы вахтер в пустующем здании, что явно не соответствует вашему культурному и интеллектуальному развитию, но давайте не увлекаться, хорошо? Есть структуры, которые справятся без вашей дилетантской деятельности. Общайтесь с друзьями, работайте, читайте, гуляйте и так далее, только забудьте об этой истории! У меня и без того работы полно, а вы еще добавляете! — Ну, что я говорила? Видимо, я скрытый телепат.
Когда за Рыбниковым закрылась дверь, в холле нарисовался Смирнов.
— Слышал? — не глядя на него, спросила я.
— Да.
— Что скажешь?
— Что дяденька милиционер довольно груб. — Андрей вздохнул, походил по комнате и сел на диван. — Адрес этой няни тире любовницы есть?
— Не тире, а дефис, — поправила я из вредности и только потом ответила: — Приблизительный. Частный трехэтажный коттедж на краю города Подольска, район называется «Бедный поселок».
Майор хмыкнул.
— Знаю-знаю такой район. И там действительно полно коттеджей вперемежку с убитыми деревянными лачугами. — Поднялся. — Ладно, пробью по своим каналам, достану адрес. Что-то мне тоже не дает покоя эта история.
Андрей вышел на крыльцо, говорил тихо, несмотря на открытую форточку, его не было слышно. Через пять минут вернулся.
— Толян, ты за старшего. Мы едем к вдове.
— Но я… — тот даже привстал от негодования и обиды.
— Не спорь. Мне надоело тут сидеть и караулить чужое добро. Между прочим, государственное, за что вообще обидно. Анька, поехали.
Я схватила рюкзак, и мы покинули усадьбу.
Джип у Смирнова был не новый, но весьма приличный. Он ловко управлял им, иногда превышая скорость и совершенно не путаясь в улицах, так что на место мы прибыли фантастически быстро.
— Ты что, живешь здесь? — догадалась я.
— Здесь — в «Бедном поселке» или в этом городе? — Не дожидаясь, когда я выберу, соизволил поделиться личной информацией: — Да, я коренной подольчанин. Улицы знаю как свои пять пальцев. Кстати, тут через квартал от частного сектора моя квартира в новостройке.
Новостройка была зданием в двадцать этажей, что для этого города пока еще было редкостью, поэтому она нависала над микрорайоном как маяк над побережьем, привлекая внимание и служа ориентиром.
Я закивала, дескать, вижу, и поблагодарила за откровенность.
— Да я не просто чтоб похвастаться. Жаль мне тебя, Аннушка, — пояснил он свое желание разглашать детали, относящиеся к его частной жизни, — днюешь и ночуешь в старом здании без нормальных человеческих условий. Предлагаю, после того как посетим богатую вдову, наведаться ко мне. Примешь душ, ну и… отдохнешь.
— Ах ты свинья! — возмутилась я и громко хлопнула дверью, выходя из машины.
— Да нет же, я не это имел в виду, — догоняя меня, начал оправдываться Андрей. — Я слишком хорош, чтобы так нагло навязываться. Я предпочитаю, чтобы женщина сама проявляла активность по отношению ко мне.
— Не дождешься!
— Вот именно. Поэтому «отдохнешь» — означает отдохнешь. Полежишь на удобной кровати и телик посмотришь. Спален у меня две, так что не переживай. Я заодно высплюсь, а то ночь какая-то активная была.
Вместо того чтобы успокоиться и извиниться за резкость, я разозлилась на него еще пуще, так как мне показалось, что он снова издевается.
— Вот и поезжай домой и отоспись. Один. А у меня дел по горло.
— М-да, на баб не угодишь. Пристаешь — козел. Оставляешь в покое — еще больший козел. Ну и как с вами?
— Я тебе не баба, так что вопрос не по адресу.
— Ну идем, мужик. Дом семнадцать. Вот он, с забором из красного кирпича и коваными воротами.
На «мужика» я обиделась и предпочла майора игнорировать. Поэтому, когда на звонок в дверь нам открыла женщина, я сказала:
— Здравствуйте. Мне хотелось бы поговорить с Кашиной Инной Валентиновной. — Именем меня снабдил Смирнов по дороге. И да, выяснилось, что бывшая няня вдова официальная и носит фамилию почившего мужа.
На «мне» вместо «нам» ни Андрей, ни открывшая дверь женщина никак не среагировали, последняя спросила:
— А по какому вопросу?
— По вопросу смерти ее мужа. — Боясь, что перед нами (то есть мной! я все еще игнорирую своего спутника) сейчас захлопнут дверь, я поспешно добавила: — Появились новые данные.
— Вы из милиции, что ли? — Я ничего не сказала, но женщина распахнула дверь пошире. — Проходите.
