Ну и, наконец, третьи ворота Токио — морские. Токийский порт — один из крупнейших в мире. Его причалы принимают суда очень большого тоннажа. За год здесь пришвартовываются свыше 5 тысяч судов, выгружая и погружая более 12 миллионов тонн различных товаров. Порт постоянно расширяют, осушая земли, увеличивая причалы, строя дамбы, очищая дно в зоне якорных стоянок. Порт соединен с промышленными и торговыми центрами города широкими автомагистралями. В Токийском заливе находятся верфи одной из четырех крупнейших судостроительных компаний Японии — «Ишикаваима-Харима».
В настоящее время Япония по судостроению вышла на первое место в мире. Ежегодно здесь спускается на воду более двухсот судов общим тоннажем около 5 миллионов тонн. Это почти половина всех производимых в мире судов за год. Японцы уже спустили на воду танкеры водоизмещением 150, 200, 300 тысяч тонн. Сейчас на очереди судно водоизмещением полмиллиона тонн.
Для иностранца встреча с городом, как правило, начинается с отеля. Я остановился в «Марунуччи», в том же самом отеле, в котором когда-то жил еще в 1946 году. «Марунуччи» представлял собой большое пятиэтажное здание с пожарными лестницами, карабкающимися по наружным стенам. Отведенный нам тогда номер был тесноват. В нем стояли две кровати, шкаф и несколько стульев. Окна с легкими, целиком поднимающимися и опускающимися на шарнирах рамами располагались так, что из них можно было видеть все, что делалось в двух других флигелях отеля. Впрочем, из флигелей в свою очередь легко проглядывался номер. Штор на окнах не было.
Европейские ванны — одна-две на весь этаж — не блистали чистотой. Зато отлично содержались японские ванны, где можно было только сидеть по шею в воде. Японские ванны принято принимать при температуре воды… +450!
Иное дело теперь. Хотя по размерам номера остались прежними, но они были роскошно отделаны. Исчезли с фасада пожарные лестницы, всюду был кондиционированный воздух, каждый помер имел душ, к отелю подстроили новый флигель.
Ныне все токийские, да и вообще японские, отели располагают двумя видами номеров — европейского типа и японского, — где спят на циновках, купаются в описанных выше ванных и где вообще имеется весь необходимый ассортимент национального колорита. Стоят такие номера дороже.
«Марунуччи» изменился, но за стойкой администратора стоял тот же, хоть и постаревший, любезный портье, что был здесь в 1946 году. Узнал, разумеется, не я его, а он меня. Заговорил так, словно мы виделись накануне. С тех пор и поныне я неизменно получаю к новому году красивую поздравительную открытку с изображением бамбуковых рощ или Фудзиямы.
Свой рассказ о сегодняшнем Токио я начинаю с «Марунуччи» не только потому, что попал в него сразу же по приезде, и тем более не из-за трогательных воспоминаний. Дело в том, что он расположен в крупнейшем деловом районе того же названия. Этот торгово-банковский район и раньше был значителен, теперь же он разросся еще больше.
Деловой район Марунуччи возник в 1888 году, когда японское правительство избавилось от участка болотистой земли, продав его семье Мицубиси — одному из трех богатейших капиталистических кланов Японии, так называемых дзайбацу. На этом-то болотном клочке земли и разместился Марунуччи.
Первым построенным здесь зданием был уже описанный выше невзрачный по нынешним временам Центральный токийский вокзал, чьи размеры считались в то время «огромными до нелепости». Затем в течение двадцати лет были возведены Марунуччи-билдинг — большое административное здание современного типа и так называемый «маленький Лондон» — целый квартал домов, разделенных широкими улицами, напоминавший некоторые лондонские районы, расположенные вблизи Темзы.
А сегодня Марунуччи — это крупнейший деловой центр не только Токио, но и всей Японии. Здесь разместили свои штаб-квартиры главнейшие торговые, промышленные и финансовые концерны, в частности банки Даичи, Мицубиси, Фудзи, Американский банк, Японский экспортный банк, банк долгосрочного кредита и другие. Здесь же находятся редакции главных газет — «Асахи», «Майничи», «Йомиури», управление радио и телевидения.
Из 23 токийских округов тот, к которому относится район Марунуччи, единственный, где за последние десятилетия сократилось население. Такая тенденция вообще характерна для деловых районов капиталистических городов.
Жители уезжают, клерки и секретарши приезжают. Словно в огромном улье, с утра до вечера трудятся здесь тысячи служащих.
На улицах Марунуччи выстроились огромные величественные здания банков, торговых компаний, промышленных концернов. При виде гигантских кованых фигурных решеток банков, их мраморных стен, гранитных лестниц, неимоверных по размерам подъездов, уходящих в глубину земли гаражей, у людей должна возникать твердая уверенность в надежности и безопасности вложенных в них денег.
