Мы нашли укромное местечко на диване, он был ярко-желтым с ядовито-зелеными и кроваво-красными подушками. На столике томились стопки потрепанных журналов. Помню, я кинула пиджак на диван и направилась в бар, ты поймал меня за руку, потянул к себе и поцеловал. Мне пришлось встать на носочки, тебе наклониться. Поцелуй был коротким, но очень нежным. Я смущенно улыбнулась, и ты потрепал меня по щеке, выпуская из рук. Я подошла к барной стойке со счастливой улыбкой на лице, все вокруг улыбались мне ответ, будто знали причину моей радости. Бар был красного цвета. Алая барная стойка, багряные полки для алкоголя, пурпурные шторы и даже люстра ярко-красного цвета. Я заказала два бокала красного вина и весело подумала, что цвет сегодняшнего вечера определенно красный. Быстрыми шагами я направилась к тебе, на первом этаже хостела гремела музыка – знакомая попсовая мелодия. Ты сидел на диване, промокший и невероятно сексуальный, я не смогла сдержать вздоха при виде тебя. Уверена, я пялилась на тебя, как последняя влюбленная идиотка. Бросив любопытный взгляд на твою папку, я поинтересовалась:
– Покажешь, что в ней?
Ты пожал плечами.
– Если хочешь, смотри.
Я взяла ее в руки, медленно потянула за резинки по бокам и достала рисунки. Я открыла дверь в твой мир, Адам. Ты слегка нервничал, следил за моей реакцией, за моими руками и глазами. Я же не ожидала увидеть такую необыкновенную красоты. Первым наброском был Давид, та самая статуя, что познакомила нас. Адам, ты изобразил ее в мельчайших деталях: вены на руках, сильные мышцы, взгляд. Ты не просто нарисовал его, ты вдохнул в него жизнь. По моей коже медленно побежали мурашки, клянусь, я не дышала в тот момент.
– Это потрясающе, – прошептала я – девушка, которая всю жизнь сторонилась искусства. Девушка, которая не любила картины и даже не смотрела на них. Ведь они всегда напоминали мне об отце. Но ты смог пробиться сквозь эту блокаду. Ты смог заставить меня почувствовать красоту искусства и пустить ее в мое сердце. Я листала твои наброски. Парижские османовские здания вперемешку со средневековой архитектурой Флоренции. Встречались портреты людей, силуэты, фигуры.
Ты вдруг забрал у меня свою папку и прошептал:
– Я хочу поцеловать тебя, Лили.
Я наклонилась и жадно поцеловала тебя. Потому что я в первый раз в жизни чувствовала, Адам. Именно чувствовала. Нежность и страсть смешались в этом поцелуе. От тебя так пахло, Адам. Мой самый любимый запах в мире. Я просто растворилась в этом моменте и в тебе. Как последняя влюбленная дурочка.
