Из общаги Еретика выставили. Денег не хватило даже на то, чтобы снять комнату. Единственному приятелю со своим жильем он оказался должен за злосчастный мотоцикл, так что желанным гостем там Еретик не был. Месяц искал работу, спал в метро и на вокзале. Поезда в родной городок уходили каждый день. Но он только туже затягивал ремень, стискивал зубы и мотался по объявлениям, найденным в бесплатной газете. К тому времени, когда его взяли на бойню, Еретик похудел на восемь кило.
Внезапно музыка в наушниках оборвалась. Мрачный мужской голос объявил: «Вас приветствует портал «Шестые врата». Назовите пароль или выметайтесь к едрене фене». От удивления рука дрогнула, и Еретик резанул мимо цели. Украдкой глянул на работающих дальше по линии мужиков, но похоже, ни Иваныч, ни Кореец никакой «фени» не слышали. То ли радио у них было выключено, то ли слушали другую станцию. У самого Еретика в настройках по автомату стояло «Максимум», вот только кто бы мог подумать, что через него можно выйти в интернет? Или может, это какая-то новая фишка?
«У вас десять секунд, чтобы назвать пароль, - замогильно пробубнил голос, и начал считать. – Десять, девять...»
А-а... Чем черт не шутит! Еретик поправил плечом гибкий лепесток микрофона и негромко произнес: Opposite of wack[2]. Иваныч продолжал меланхолично срезать со свиней хвосты, Кореец, пританцовывая и насвистывая что-то себе под нос, отрубал копыта. Выходит, у них другая частота? Но для внутренней связи она в ЗМ-ках только одна.
«Добро пожаловать в «Шестые врата», - голос в наушниках чуть потеплел. – У вас одно личное сообщение. Желаете прочитать?»
- Давай, - хихикнул Еретик в микрофон. Абсурдность ситуации начала его прикалывать.
«Сообщение от Шивы. Время доставки: сегодня, в 20:12. Текст сообщения. Ваша кандидатура принята...»
Кишки, выскользнув из резиновой перчатки, шлепнулись на пол. Еретик и не думал поднимать их. «Если не подтвердишь свое решение завтра...»
- Эй, придурок! Ты чо там, заснул?! – Это прорезался Иваныч по внутренней. Значит, линия была все-таки одна. Рев «Парка» тут же наполнил наушники: «Try to catch up mother fucker!»[3]
- Да пошел ты!... – Еретик сорвал сдавливающий голову обруч, швырнул в подсыхающую кровь.
Истошный визг заставил его отвернуться от нехорошего оскала старшего по цеху. Боров, которого уже вырубили зарядом электричества и подвесили вверх ногами со вспоротой шеей, внезапно затрясся в конвульсиях. Мгновение – и зажимы на его ногах не выдержали. Животное грянулось оземь, встряхнулось и, пошатываясь, затрусило по проходу между конвейерными линиями. Три ближайших работника в синих фартуках и пластиковых шапочках бросились вдогонку. Один с куском трубы, двое – с ножами, которые держали в руках.
Еретик отвернулся и обнаружил, что был единственным, кто это сделал. О нем все уже позабыли.
- Дай ему, Леха! Всыпь хряку!
- В пятак ему, в пятак!
- Гляди, живучий, урод!
Пока Еретик шел к выходу, разматывая завязки фартука, сзади доносились звуки ударов, мучительные визги животного и дружный гогот людей. Он знал, что никогда больше сюда не вернется. И никогда не сможет есть свинину.
В электричке на пути домой он думал о Достоевском. В школе философствования старика-людомана навевали летаргический сон, но вот сейчас, уставясь в мутное стекло, за которым изредка проносились размытые огни, Еретик сравнивал себя с Раскольниковым, и ему совершенно не хотелось спать. Конечно, бабульку он не убивал. Зато свиней ради идеи перерезал немало. Ведь он мог бы вернуться в Порхов, так? Ну, побушевал бы батяня, может, даже и приложил бы студента-недоучку, а потом отошел. Нет, Еретик остался в Питере не из-за страха перед отцом. Просто тут у него еще оставался шанс – шанс доказать всем, в том числе и профессору Погорову, что он прав. Что дырочная телепортация – это не шарлатанская выдумка, а новаторская теория, ломающая многие современные представления о физических процессах. А цена этого шанса - десятки тысяч выпотрошенных свиней и проданная Шиве вместо банального дьявола душа.
Интересно, можно ли приравнять восемьдесят тысяч хрюшек (50 гол./час) к одной дохлой бабульке? Хотя там еще и эта слабоумная была... Так, значит сорок тыщ за бабца, и сорок за дурочку. Или, может, умственно отсталая подешевле будет? Тьфу ты, какой бред в башку лезет!
Еретик тряхнул головой и подвинулся на лавке – была остановка, и новые пассажиры тщетно искали в забитом вагоне свободное местечко. Вежливый жест остался без ответа – хоть он и помылся в душевой, похоже, уже и сменная одежда провоняла бойней. Но ничего, это в последний раз. Теперь осталось только пройти во Врата, а потом вернуться и показать запись на национальном телевидении. Он представил себе Погорова, давящегося чаем при виде ненавистного студента в новостях первого канала, и не смог сдержать мечтательную улыбку. Девушка, сидевшая напротив, покраснела и поспешила уткнуться в лежавшую на коленях толстую книгу.
