Шетти полностью

Конечно, Эшли. В самое подходящее на свете время.

В самой тупой манере прикрываться ребёнком.

Я сухо печатаю: «О-кей». Я думаю: надо купить что-нибудь для мелкого. В душе на секунду вспыхивает осмысленный огонёк, но тут же гаснет, залитый ментальной мочой.

С полным пакетом еды я возвращаюсь к озолотившемуся за ожидание водителю. Конечно, после бара – после борделя – в десятом часу – дорога только в магазин за грёбаным яблочным соком. Мой алкогольный вид сходит на нет с космической скоростью, и таксистская морда глядит гораздо мягче.

– Куда дальше, сэр?

Я бормочу адрес, усаживаясь и складываясь.

– Южная часть города?.. – Голос морды звучит удивлённо.

– Да, да.

– Вы там живёте, сэр?

Из меня вырывается раздражённый выдох. Какое тебе дело? Какое тебе дело? Может быть, живу. Может быть, я украл этот костюм, украл обувь и часы от Тюдоров, а деньги на еду одолжил у старухи, одиноко снимавшей пенсию у банкомата.

Может быть, я не тот, кем кажусь.

– Не я, но мой друг.

– А, – усмешка, – понятно.

Знал бы мой друг, откуда я к нему еду.

Я наведываюсь к Эшли впервые за последние две недели, поэтому её измученный и запутавшийся, но светлый образ греет мне сердце.

Я люблю её сына: Фрэнки – пять, и он растёт на удивление смышлёным и самостоятельным парнем. Я говорю «на удивление», потому что ему не в кого; Эшли – неглупый и чуткий человек, но добилась бы гораздо большего, занимаясь чем-то помимо рыданий в подушку по ночам и жалоб мне на жизнь. Ей удалось вырастить в мальчишке лучшие качества без толкового образца, и это навсегда останется для меня загадкой.

Однажды мне пришлось стать свидетелем ужасного инцидента: ещё трёхлетний, Фрэнки, пытаясь дотянуться до рыжей спины старика Роджера, пребольно шибанулся вместе со стулом на пол. Грохот. Испуг. Мы с Эшли переглянулись и покорно замерли, ожидая истерики, но парень просто вздохнул, встал и потопал за испуганным котом в гостиную. Я улыбаюсь, вспоминая его недовольное, но полное решимости лицо. Он не воспринял своё падение как катастрофу, хотя ему было больно и заплакать при взрослых было бы выгодно. У него была важная цель, и он пошлёпал дальше.

Тогда я вновь многозначительно посмотрел на Эшли, но в глазах её увидел не гордость, а одно тупое беспокойство. Она встала и пошла за сыном, тихо причитая. Слова «нам есть чему у него поучиться», уже готовые сорваться с моих губ, так на них и замёрзли. В глубине души я боюсь за Фрэнки; но ещё больше я тревожусь о его матери.

Эшли – бывшая лучшая подруга моей сестры.

Мы часто виделись, приезжая к семье в Рокфорд на праздники. В день, когда Лилиан упала с крыши и разбилась насмерть, мы оба походили скорее на привидений, чем на людей. Похороны нас сблизили: я злился на мать, но сошёлся с странноватой девушкой, когда-то очень дорогой моей сестре; поначалу мы сдержанно-угрюмо беседовали, подливая друг другу и вспоминая всё подряд, а в конце того дня она приглушённо рыдала мне в мокрую рубашку, пьяная. Плакала и повторяла, что не может поверить.

Бедная Лилиан. Бедная Эшли.

бедный лукас

С тех пор мы дружим, и я исправно захожу в гости, однако в последнее время она открыто надеется на нечто большее. Я не могу забраться к ней в душу, но знаю, что Эшли ищет не денег, а кого-то, кто закрыл бы удушающую её пустоту. Ей страшно.

Факт в том, что помочь ей может лишь она сама.

Я не гожусь ни на что полезное.

Напряжение между нами растёт с каждой встречей, и я отчётливо это чувствую, но намеренно не подаю виду, труся и надеясь, что её дурь пропадёт сама по себе.

Не пропадает.

– Ты откуда такой?

Она в изумлении оглядывает меня с ног до головы. Порядком помятый и промокший костюм, взъерошенные волосы, щетина – ничто не ускользает от пристального женского взгляда, и я покорно молчу, встав на пороге с пакетом из «Таргета».

– Ты с работы?

– Да.

– Врёшь, Лу, от тебя алкоголем разит, – скороговоркой проговаривает она, бережно втаскивая меня в дом. – А это что?..

– Прямо-таки разит. – Я недовольно убираю её руку и протягиваю пакет. – Я ходил в магазин и купил великану с…

– Лу-кас!

Бух.

В ту же секунду мне в живот плюхается прерадостная мордочка Фрэнки.

– Привет, парень. – Я улыбаюсь и треплю его волосы. – Соскучился?

– Да, – бормочет он в пиджак, стискивая меня покрепче. – Привет, Лукас. Я так рад, что ты приехал, потому что мама написала поздно, и я думал, что ты не будешь.

Он вдруг поднимает голову и врезается в моё лицо возбуждёнными, но внимательными глазами.

– Я прочитал «Маугли».

– Что, всего?

– Всего! Мама сказала, что я могу теперь «Алису».

– Которая из страны чудес?

– Да, из страны.

– Это очень сложная книга, ты знаешь?

– Очень сложная. Ну ты же мне что-нибудь объяснишь.

– Объясню, если спросишь, великан.

– Лукас, а мама говорит, что ты ищешь хорошие книги.

– Так и говорит? – спрашиваю я, поднимая глаза на Эшли, которая счастливо слушает нас исподтишка. – Ищу.

– «Алиса в стране чудес» это хорошая книга?

– Не просто хорошая, а прекрасная. Я тебе, если хочешь, принесу её в следующий раз, окей?

– Окей, – улыбается он, чуть дёрнув меня за руку. – Прекрасная сложная.