Дни сезона дождей, наполненные влагой и свежей зеленью, складывались в недели, недели — в месяцы. Мои шимпанзе выглядели более здоровыми и довольными, чем когда-либо раньше. Постепенно они все больше привыкали к своему новому дому. Лагерь был тем безопасным местом, откуда они могли совершать свои исследовательские экспедиции. Я чувствовала, что для них это очень важно: уверенность в своих силах помогала им осваивать новые виды деятельности, приспосабливаться к непривычным условиям жизни, не испытывая сурового давления борьбы за существование. Незаметно для самих себя они стали реже приходить к нам за чашкой чая и наконец поняли, что долгий глоток прохладной воды из ручья отлично освежает после дня, проведенного в зарослях. Они стали выносливее и осмотрительнее и привыкли рассчитывать на ту пищу, которую смогут найти в долине. Иногда, правда, мне казалось, что Пух не наелся в течение дня, и я давала ему что-нибудь за ужином, но Уильям уже полностью обеспечивал себя и рос с устрашающей скоростью. Правда, он по-прежнему не пропускал случая стащить что-нибудь из лагерных припасов, но делал это не потому, что был голоден, а потому, что наша пища оставалась для него лакомством.
В конце сезона дождей в долине стали поспевать какие-то плоды, напоминающие виноград. Они были овальной формы и гроздьями свисали с деревьев. Созревая, они становились золотисто-желтыми с резким, слегка кисловатым привкусом; шимпанзе очень любили их. В те недели, когда плодоносили эти деревья, наша долина превращалась в настоящий рай для обезьян. Возле водопада росло около десяти таких деревьев, сплошь усыпанных плодами. Вид их был настолько соблазнительным, что Тина, Пух и Уильям, подходя к рощице, начинали возбужденно пыхтеть, обнимать друг друга и с характерными звуками пищевого хрюканья торопливо бросались к деревьям.
Однажды мы с Джулианом сидели внизу в ожидании, пока шимпанзе насытятся. Они находились на деревьях уже около часа, как вдруг Тина спустилась вниз, бесшумно направилась в сторону долины и скрылась из виду. Ее поведение озадачило меня. Я встала и услышала, как где-то заухали дикие шимпанзе. Судя по звукам, они были далеко от нас, может быть, у подножия горы Ассерик. Пух и Уильям, не слезая с деревьев, напряженно уставились на плато позади нас. У обоих волосы стояли дыбом, должно быть, они видели своих диких сородичей, находящихся по другую сторону плато. Внезапно где-то возле нас раздался мощный хор ухающих звуков и послышался приглушенный топот бегущих ног. Уильям и Пух быстро, но бесшумно спустились на землю, и Уильям исчез в том же направлении, что и Тина. Пух стоял недалеко от меня и смотрел в ту сторону, откуда доносились возбужденные крики. Вдруг зашуршала трава, и я поняла, что кто-то из диких шимпанзе приближается к рощице.
Мы с Джулианом едва успели спрятаться позади большого дерева, как на поляне появилась молодая самка, немного меньше Пуха. У нее было бледное плоское личико со слегка раскосыми глазами, напомнившими мне Вонга. Она остановилась в нескольких метрах от Пуха, посмотрела и направилась прямо к нему. Пух не шевелился. В этот момент на поляну вышла взрослая самка с детенышем, прижавшимся к ее животу. Она оказалась гораздо ближе ко мне, чем Пух или маленькая пришелица, поэтому мне пришлось нырнуть за дерево, и я не увидела, что произошло между ними. Мамаша с детенышем прошла мимо меня, потом остановилась и, нервно оскалив зубы, повернулась в сторону Пуха. Я старалась не шевелиться, но самка развернула голову чуть дальше, и наши взгляды встретились. Она вздрогнула и помчалась назад тем же путем, что и пришла. Пух издал короткий удивленный возглас, когда она пробегала мимо него. Молодая самка бросилась следом. Я едва не плакала от досады — из-за меня Пух лишился возможности в первый раз встретиться с дикими шимпанзе. А ведь они были настроены очень дружелюбно, в особенности молодая самка.
Вместе с Пухом и Уильямом мы поднялись на плато. На тот случай, если дикие шимпанзе наблюдали за нами, мы являли собой самую безобидную картину. Потом мы вернулись в рощицу, Я была почти уверена, что дикие шимпанзе, испугавшись меня, ушли прочь, но из предосторожности мы с Джулианом все-таки спрятались в зарослях кустарника, где проходила тропа, ведущая на плато. Если бы дикие шимпанзе появились снова и дружелюбно отнеслись к Пуху и Уильяму, мы с Джулианом могли бы уйти незамеченными.
