Шёпот бессмертных полностью

— Да, мамуля! — съязвила я, но спорить не стала.

Не успела я распрощаться с Таней, как дверь снова открылась. Без стука, без вопросов в моей комнате появился Дмитрий.

— О! — Я скрестила руки на груди. — Мои апартаменты популярнее, чем Ниагарский водопад и пирамиды в Гизе. Твой медальон на комоде. Можешь забирать.

Он, молча, прошёл мимо меня, взял оберег. Я думала, он также, молча, и выйдет. Но колдун обратился ко мне задумчивым тоном.

— Не знал, что ангелы так умеют, — видя мою удрученную гримасу, Димка тут же оскалился, — знаю-знаю. Ты — не ангел, а бессмертная. Без разницы.

Потерев начавший пульсировать от переутомления тупой болью висок, я опустила голову.

— Если это твоя благодарность, я её принимаю.

— Роксана, — интересно, он постоянно будет кривиться, произнося моё имя полностью? — Мы кое-что упускаем.

— Мы? — я удивлённо уставилась на него. Неужели он признал-таки себя в одной упряжке с нами?

— Мы, — кивнул ученик Клода. — Тут что-то не клеится. Почему Боргезов до сих пор вас не разделал под орех? Везеньем можно оправдаться один раз. И этот раз был у братьев Фрост.

— Думаешь, — тут же посерьёзнела я, — он действует не в полную силу?

— Уверен.

— На основании чего?

— Сама подумай, если можешь, конечно, — я не обратила внимания на такую заезженную провокацию, — сила Марка где-то на уровне между земным и небесным ангелом. Но тебя он решил убить моими руками. Круг подмять под себя обманом, а Клода он привлёк на свою сторону не иначе, как хитростью.

— Я и без тебя знаю, что Марк играет с нами.

— Знаешь, — не стал спорить колдун. — Но не понимаешь. — Он подошёл и постучал пальцем по моему лбу. — Разница ясна?

— Дима, я не дура.

— А ведёшь себя именно так. Ты очень беспечна. Даже меня послушала, но не услышала.

Я непонимающе посмотрела на него. Каменное чуть бледное лицо, отросшие растрёпанные светлые волосы и потемневшие зелёно-карие глаза. Да, я что-то упустила в его речи. Теперь я это поняла. Только что? Он говорил о Боргезове… Нет, не только. Дима размышлял о его силе… Точно.

Я прошептала одними губами:

— Сильнее земного ангела, но слабее небесного.

— Хм, — покивал колдун, — ты не совсем потеряна.

— Тогда почему небесные не вмешаются?

— Вот и я задавал себе точно такой же вопрос, — довольно прищурился Дмитрий. — Только ни одного небесного ангела у меня под рукой не оказалось.

С такими словами колдун развернулся на пятках и вышел из комнаты. Уже потом я услышала его слова:

— Спасибо за оберег! Прекрасная работа!

Я уже не слушала. Полностью обратила внимание на ту мысль, которую подкинул мне Дмитрий. И, правда, почему небесные не вмешаются? Вёрс говорил о каких-то запретах и табу, которые небесные никак не могли обойти в рамках земной жизни. Но что это за запреты? И знает ли об этом Боргезов? Что, если все его действия направлены не на меня, как он пытается убедить нас, а на небесных?

— Вёрс! — с тревогой позвала я, не двигаясь с места. — Кира!

В прошлый раз, когда я звала их, они появились много позже. И со мной так и не встретились. Неужели и сейчас не появятся?

— Да, Роксана, — раздалось в моей голове. — Прости, мы не можем прийти к тебе.

— У вас всё хорошо? — невольно я забеспокоилась. В ответ получила волну тепла, что, должно быть, означало «да».

— Чего ты хочешь?

Чего хочу?.. Мысленно я припомнила весь разговор с Димой. Также привела и свои домыслы. Интересно, уловят ли Кира и Вёрс моё послание?

Когда я уже подумала, что призрачная связь с наставниками оборвалась, в голове зазвучал спокойный голос Вёрса.

— Не всё так просто, милая дитя. Мы не можем вмешаться напрямую. Но можешь ты. Наша задача — поддерживать и направлять тебя.

— И как вы, интересно, собираетесь это делать, даже на глаза мне не показываясь?

Надо признаться, я обиделась. Почувствовала себя ведомой марионеткой. Ощущение это, правда, быстро прошло, но осадок остался.

— Ты прочитала древние слова, и шрам твой исчез. Ты снова обрела те силы, которые утратила, лишь ступив на дорогу земного ангела. Разве это не доказательство нашей помощи?

— Даже так я не могу противостоять этому первому! Он много сильнее. И вы это знали с самого начала! — я снова стала злиться.

Часть меня понимала, что я неправильно обижаюсь и злюсь на наставников. Они ведь поступают так, потому что считают свои действия оптимальными.

А другая моя часть злилась всё сильнее. Мне казалось, что я не просто кукла в чужих руках, но инструмент, орудие. Для Боргезова ещё и разменная монета.

— Что будет, если я не справлюсь? — тщетно пытаясь скрыть злость и обиду, осведомилась я.

— Ты справишься.

Был ответ.

— Справлюсь? Это всё?

Но больше не последовало никаких слов и объяснений. Слышали меня небесные? Просто не захотели отвечать? Я не знала.