Вереница чёрных гиропланов, словно воронья стая, устремилась вниз, в широкую расщелину, где дно Шрама Земли казалось досягаем, близким. На деле им пришлось бы спускаться около получаса, чтобы достигнуть первых поселений изгнанников. Давно стемнело, и теперь навигационные огни летательных посудин напоминали сверчков в ночной дымке.
Загорелся монитор, на котором появился Мбалли.
-- Здравствуй, bushi! -- заскрежетали голосовые связки Асмара Мбалли. -- Всё-таки ты нашёл способ, всё-таки ты летишь.
-- У меня полно вопросов. Один из них -- что на этой записи? -- Атлас вставил продолговатый серебристый накопитель в разъём монитора и отправил файл полу-меху.
-- В чём суть? -- спросил Мбалли, принимая видео.
-- Это сон человека, который зверски расправился со своими приятелями. Что на него нашло? Я не понимаю. Большая часть сна -- выдумка подсознания. Быть может, он и не совершал того, что нарисовала нам программа. Однако настораживают финальные кадры. Интершум -- это будто чей-то голос, который, как утверждала Блоус, передаёт нам послание. Она говорила, что вы сможете перевести его.
Старик вставил белый продолговатый пластмассовый наушник в металлическое ухо, стал слушать. Когда запись кончилась, Мбалли вздохнул и заговорил:
-- "Mo wa. A wa. O ni won nduro fun wa. Alase beru XCAP lagbara. Adaorin nyorisi wa Рkunkun. Ki o si wa ijo yoo duro. Ati ki o yoo wa si ododo". Я пришёл. Мы пришли. Вы ждали нас. Убоится власти Хсара слабый. Ведёт нас проводник темноты. И будет стоять храм наш. И явятся в него истинные. -- Асмар немного помолчал, затем продолжил. -- Простое приветствие. С нами здороваются и предупреждают о грядущих переменах.
-- Кто? Что за храм? Какой, к чёртовой матери, проводник темноты?! -- багровел Атлас.
-- Помнишь о предсказании, которое оставила много веков назад Асмилла? Похоже, оно сбывается.
-- Скажешь уже, в чём дело?! Или так и будем топтаться на месте?! -- вспылил Атлас. Связь оборвалась внезапно, словно кто-то выдернул шнур из розетки. Сначала Атлас решил, что старик издевается над ним, но когда гироплан затрясло и стало бросать из сторону в сторону, он понял, что их атаковали. Экипаж засуетился, готовясь к схватке. Атлас прильнул к иллюминатору -- несколько военных лёгких "стрекоз" вились вокруг них, жаля исподтишка. Из глубинной тьмы к ним приблизились лакированные тёмные капсулы -- виманы. Сейчас начнутся сбои в работе программ, вся техника и электроника спятит, и тогда им придётся несладко.
-- Где Заволло?! -- орал кто-то из команды гироплана.
-- В третьем! В третьем идёт! Никаких команд не поступает!
-- Что делать то?!
-- Отбиваться, что ж ещё! Надо ж так вляпаться! Блядство то какое! И вроде бы уже проскочили мимо РОМБа то, а нихера! Ни-хе-ра!
Снаряд ударил в бок машины, затрещали оповещения о серьёзных деформациях обшивки, о нарушении работы двигателей. Автоматически сработала технология "свободного планирования", при которой гироплан превращался в аэроплан. Затем стали гаснуть технические огни, отказали оборонительные орудия. Программное обеспечение сошло с ума, подхватив мгновенный убийственный вирус. Машина пошла вниз, на дно. Атлас бросился к иллюминатору и узрел, как все гиропланы, в том числе и лёгкий, на котором находился Заволло, обречённо несутся вниз.
-- Что делать?! -- кричал Кей.
-- Подушки! Должны быть подушки!
Атлас рывком подкатил своё кресло к капитанскому мостику.
-- Выпускайте подушки! Они смягчат удар! Иначе расшибёмся о скальные выступы! Они вот-вот начнутся!
Пилот кивнул, крикнул что-то своим подчинённым, и они поспешили в багажный отсек. Наконец все приборы утихли, всё вокруг наводнила тьма. Гироплан снижался стремительно, но ровно, не входя в штопор и не переворачиваясь на спину. Атлас услышал, как затарахтели автономные генераторы, раскручивая лопасти вентиляторов. Рензо облегчённо вздохнул, когда с трудом разобрал в темноте белое массивное облако, заботливо окутавшее днище их парящего гироплана. И тут же корпус судна наткнулся на препятствие. Тряхануло неслабо, но обошлось.
-- И в таком духе мы проведём весь оставшийся путь, -- проговорил в тишине Атлас, обращаясь к Кею, который лежал рядом с выпавшим из коляски другом.
-- Хреново как-то, -- ответил Кей.
-- Ты боишься темноты, Кей? -- спросил Рензо.
-- Нет. А ты?
-- В жизни ничего страшнее не встречал, -- проговорил Атлас, и больше никто не обронил ни слова.
Часть 4.
Глава 17.
