"...попал в Фесрам. Прогнивший, чумной город, в котором нашли пристанище самые страшные террористы в Илейе. Фесрам гадкий, полный ходячих мертвецов и тех, кто спрятался от правосудия, и смиренно ожидает своего часа. Город честен -- он не притворяется, не врёт, не лицемерит. Трезубец стерилен, будто половой кастрат, потому никому кроме вкладчиков и кредиторов не интересен. Маникур, Сент-Вален или Вермер совсем иные. Грязные и алчные, впитавшие в себя человеческие пороки и кровь. Зуверфы невольно привели меня сюда. Но теперь Зуверфы забились куда-то глубоко-глубоко и носа своего не высовывают. Этот чёрный маслянистый человеческий силуэт, похожий на манекен, облитый очистными зловониями. Перед глазами до сих пор его извивающаяся усмешка, лопающийся шар и вязкая, мерзкая слизь..."
"...террористы старика называют по-разному, но мне он представился как Асмар Мбалли. Его книгу я видел у Фрая, он должен мне помочь. Встреча оказалась неожиданной и обескураживающей. Кто бы мог подумать? Впрочем, современный мир настолько непредсказуем, насколько ты можешь вообразить. Я и подумать не мог, что когда-нибудь убийство станет моим ремеслом, приносящим хлеб насущный.
Мбалли разговаривал со мной. Раны заживали, впредь со мной обращались как с гостем. Почему? Я им нужен. У них есть разного рода профессионалы и таланты, но нет классного убийцы. Не льсти себе, Килоди. У них нет особенного киллера, поддерживаемого силами особенного порядка. Один точечный укол в силах сотрясти любые скалы, насколько бы неприступными они не казались.
Признаться, мне некуда идти. Добровольный плен стал надёжным пристанищем. Я читаю книги, смотрю старые кинофильмы. Измир фырчит и тихо материться, уткнувшись в планшет. Мне плевать. Почти каждый день я гуляю по "спящему городу". Беру у парней Заволло респиратор и отправляюсь шляться в компании "тупиков". Гибриоид остаётся под замком, его не выпускают. Неистово извожу себя в спортзале. Физическая боль приносит удовольствие. Наверно, я привык её ощущать. Недавно кружилась голова, весь день провёл на толчке: по ощущениям, будто отжил своё бесполезный сонм миниботов. Ещё я каждую ночь вижу сны. Не могу освободиться от образа той самой девушки, которую повстречал в парке Трезубца. Джулия. Я помню её лицо, шею, глаза и эту короткую мальчишескую стрижку, которая мне не на шутку приглянулась. Во сне я преследую её, она кричит и отбивается. Вокруг тьма, и только чьи-то зоркие зенки светятся из темноты. Сначала пара, затем всё больше и больше. Потом эти злые светлячки перетекают в меня, я будто бы возвышаюсь над всем миром и парю в воздухе. Я безумен и всесилен. Я страшусь этих снов..."
"...встречался с Заволло пару раз. И только тогда, когда он возвращался после разведки. Молчаливый и стремительный. Ему присягнули старожилы юга, отчётливо помнящие гражданские столкновения. Потом пришёл Фрай, и кровопролитие закончилось. Мир, значится, держался не слишком долго -- каких-то восемь лет. Никогда не задумывался, как трудно управлять Илейскими Территориями? Ведь, по сути, ты властен лишь над Трезубцем, а все остальные вольны поступать, как им заблагорассудится. Вступает дипломатия, сложная и полная подводных камней. Фрай был прирождённым дипломатом.
Асмар Мбалли и я часто беседуем. Подолгу. Мы обсуждаем разные темы, даже самые отвлечённые. Но я не спрашиваю его о личном. О том, что с ним стряслось, почему он стал механическим воплощением. Во многом потому, что по-прежнему ему не доверяю. Я отлично помню прощальные слова антрацитового манекена. С другой стороны, Мбалли не просит слепо верить ему. Что есть Зуверфы? Мбалли рассказал мне про древние народы, жившие на нашей земле, про их культы и традиции. По словам старика, изначально Хсар не был богом или титаном с гигантскими хитиновыми конечностями. Хсар на древнем языке означало -- вождь. И однажды этот вождь пробудил инопланетную силу, сокрытую в реликвии первоилейцев -- соляной грозди. Забрав её из священного места, Хсар и его племя якобы пробудили духов -- Зуверфов, которые вселились в виновника. А после его смерти Зуверфы неприкаянны, и вселяются во всех подряд, чтобы нести разрушение и подпитываться его плодами.
-- Но я был в каком-то странном месте, замкнутом и будто одушевлённом, когда встретил Зуверфов, -- сказал я тогда Асмару.
-- Всё правильно, -- покачал он своей лысиной, -- ты был в священном месте, куда переносят грёзы.
-- Почему они не могут со мной поговорить и рассказать о себе?
-- Зная суть живого существа, Зуверфы не понимают его мыслей. Порой, предугадывая наперёд, они руководствуются только движением энергии, с которой знакомы лучше всего. У вас не получится поболтать, -- раздался смешок, будто ложкой врезали по дну кастрюли, -- в том понимании, какое ты вкладываешь в это понятие. Вы на разных уровнях познания и мироощущения. Максимум вашего общения -- это короткие команды, которые Зуверфы нашёптывают тебе на ухо.
-- Их трое!
