— Места сбора его давно уже поделены между кланами и строго контролируются. Только и можно, что паданки собрать с земли в кедровой роще, да с отдельно стоящих деревьев, где-нибудь на отшибе, которые ещё и найти надо. Да и то только по персональному разрешению, поскольку все подобные деревья в лесу за кем-нибудь да закреплены.
— А я не люблю ни у кого ничего просить, — сердито посмотрел он на Машу. — И не люблю одалживаться.
— А тут у нас будут свои собственные кедровые рощи.
— Наберём гектар под тысячу, под две — всех переплюнем. Ни у кого таких больших кедровых рощ нет А у нас будут.
— И у нас не будет, — сердито посмотрела на него Маня. — Я семьдесят лет точно не проживу. Да и ты тоже.
Ненадолго задумавшись, Сидор с сомнением посмотрел на товарищей.
— Культурная плантация, если мне не изменяет память, даёт первый урожай шишки где-то на восемнадцатый, двадцатый год. А то и ещё раньше, — задумчиво пробормотал он.
— Маня! — раздражённый Сидор смотрел на неё уже как на идиотку. — Ты что, не врубаешься. Мы станем владельцами тысяч гектар земли. И не простой земли, а кедровых рощ. Наш социальный статус резко повысится. И без больших затрат. Ты только представь, пара тысяч гектар площади, занятой под сахарный клён. Пара тысяч гектар, занятых под кедровые рощи. И это всё наше. А то, что это всё вырастет только через сто лет, не важно. Плевать! Мы решаем совсем другую задачу — повышение статуса, а не зарабатывание средств. Мы вкладываем деньги в будущее.
— В его будущее, — окончательно разозлившись, сердито ткнул он пальцем в сторону Машиного выпирающего брюха.
— И какие деньги вкладываем — гроши!
— Уже две? — насмешливо уточнил Димон. — Аппетиты растут?
— Тебе что, жалко, — хмуро посмотрел на него Сидор. — Две лучше, чем одна. Зато вон для Мани сразу статус повысим. Банкирша с тысячами гектар плантаций кедра. Уважать больше будут, — насмешливо добавил он.
— Да, — молчавший до того профессор неожиданно вдруг заговорил, — статус, это серьёзно. Особенно для Маши в её будущем положении. — В отличие от Сидора в голосе его не было ни малейшего ёрничанья. — Не будет статуса, никто с нами не будет считаться. Как не считаются до сих пор.
— Пёс с вами, — совсем растерявшаяся Маша растерянно махнула на них рукой. — Если считаете, что это поможет уесть Совет или поможет по работе, то я согласна. Готовьте проект, выбирайте участки, согласовывайте с Городским Советом, делайте всё, что посчитаете нужным, а деньги из банка я выбью. Тут затраты то плёвые, копеечные. Небось всех затрат то — меньше чем на сотню золотых. Разве это деньги.
— А теперь, пора спать. Совсем меня замучили.
Что было настоящим потрясением для Сидора — никто из друзей не воспринял их трёп прошлой ночью как шутку. Все приняли это всерьёз.
Так что Сидор, хоть и чувствовал какое-то внутреннее сопротивление, но уже прямо с раннего утра, настойчиво оббивал пороги городского Совета. Вопрос с банком решился как-то само собой, походя, быстро и незаметно. На просьбу же выделить им участки под плантации сахарного клёна и кедра, вообще никто внимания не обратил. Всё прошло также, как-то незаметно и обыденно.
По большому счёту, выбранные ими участки, были абсолютно никому не нужны, и если кто-то готов был вложить средства в облагораживание этих порченых земель, то почему бы и не Вехтор с компанией. Поэтому, никто из членов совета ему и не возражал. Похоже было все понимали, что доход с этих кедровых рощ будет не скоро, если вообще будет при жизни этого поколения. Потому и конкуренции с этой стороны никто от них не ждал и мешать чем-либо не собирался. Семьдесят лет до первого урожая — долгий срок, всякое может случиться.
И не вникая ни в какие детали, ему быстренько оформили все полагающиеся бумаги на заявленные участки. Да ещё до кучи подсунули пару десятков подобных же, чтобы сейчас забирал, а потом уже присмотрелся к ним повнимательнее.
Так что предварительно заявленные им площади в пару тысяч десятин вырубки под плантацию сахарного клёна и столько же под плантации кедра, он сразу перевыполнил с изрядной лихвой по обоим пунктам. Правда, зачем это было нужно, он так для себя и не решил. Но уж коли давали, да ещё за так, грех было не воспользоваться моментом.
С тем Сидор и покинул Совет, вполне удовлетворённый полученным результатом.
Неожиданный приход вечером к ним домой Ведуна с Головой, для Сидора стал настоящей неожиданностью. Уж кого-кого, а этих двух птиц о-очень высокого полёта видеть в своём непрезентабельном жилище он никак не ожидал. Да, честно говоря, ему на какой-то миг стало и неудобно своего неказистого жилища.
Впрочем, все непонятки тут же разъяснились с первых же слов Головы:
