— Заново очистить, промыть, просушить, — начал перечислять он, загибая пальцы. — Пожарить, наконец-то. А ведь ещё и смолоть надо, чтобы не знал никто, откуда дровишки. По крайней мере, первое время. Не, — покачал он головой, раньше конца весны мы с этим делом не управимся, точно тебе говорю. Не говоря про то что даже мельницы элементарной у нас на то нет, но одних мешков только, наверное, несколько сот понадобится.
— И где мы их возьмём? — вопросительно посмотрел Димон на недовольно сморщившегося Сидора. — Тут лён не ростят и льняного полотна, или мешковины, в ближайшей округе точно нет.
— Вот то-то и оно, — грустно вздохнул Димон. — Раньше начала лета, никак.
— Но мне и не надо всё, что у вас есть, — усмехнулся Ведун, глядя на расстроенного задержкой мести Димона. — По крайней мере, сразу. Для начала операции хватит и нескольких мешков. Вы что думаете, здесь потребляют кофе в таких количествах, как у вас на Земле? Да боже упаси. В лучшем случае, килограммов пятьдесят на всё какое-нибудь герцогство или баронство. А про княжества, так я вообще не говорю. Там этого добра вообще не потребляют, если только редко у кого из бояр можно встретить.
— Так сколько же несколько? — сухо поинтересовался Сидор. Ему требовалась конкретика, а Ведун, такое впечатление, словно бы вилял, не говоря точно об объёмах. — Два, три, четыре мешка? Или, может быть, десять?
— Хватит двух по пуду, — успокаивающе кивнул головой Ведун. — Главное, как бы их тайно вывезти из города, и чтобы никто ни о чём не догадался.
— У нас скоро пойдёт первый обоз с оборудованием для коптильного цеха на Запад Левобережья, в Нижний Город. Мы спокойно могли бы сунуть для тебя парочку мешков с молотым кофе на любую подводу. Запакуем их в тройной слой кожаных мешков, между ними слой сушёной мяты или бергамота, тут этого добра полно, — Сидор с усмешкой вспомнил Машины кулинарные изыски с напитками. — Так вообще никакого кофейного запаха не останется. А тебе уже передадим, там, где скажешь.
— Тогда решили, — довольно хлопнул себя по коленям Ведун, подымаясь и собираясь выходить.
— И напоследок, — остановил его в дверях Димон. — Пришли, пожалуйста, к нам в город какого-нибудь хорошего мазилу, или живописца по-нашему, чтобы наши портреты нарисовал. А потом, сделаем пять изящных шкатулочек с нашими портретиками и насыплешь туда отборного молотого кофе. Главное портретики наши на крышечках аккуратненько так намалевать. А потом, пошлёшь их вместе с бутылочкой профессорской водочки нашей подруге княжне с князем. Передашь привет, так сказать. Чтоб знали, твари, кого благодарить.
— Не боитесь? — Ведун медленно обвёл собравшихся в гостиной друзей внимательным, построжавшим сразу взглядом. — Не боитесь что ваши портретики сразу растиражируют и пошлют по вашему следу какого-нибудь убивца? А то и нескольких?
— Нет, — покачал он головой. — Пока рано вам так о себе заявлять. А вот этикеточки с надписями и пожеланием всяческих благ, я от вашего имени на эти шкатулочки то приклею. Чтоб лично княжна с князем знали, кого благодарить. Это у тебя мысль хорошая, правильная. Просто великолепная!
— Что же выходит, — на миг задумался Сидор, — мы теперь не можем даже кофе своё пить, чтобы не засветиться?
— Да пейте вы своё кофе сколько угодно, — хмыкнул Ведун. — Если кто спросит, скажите, что привезли себе из Приморья. Всего делов то, — пожал он плечами. — Ведь ходят же у вас обозы в Приморье и обратно? Ходят.
— А в тех краях у пиратов добыть можно не только неизвестный никому продукт, а вообще всё что захочешь, всё что только в голову взбредёт. Было бы только желание искать.
— Вот вам и отмазка, если что.
И весело насвистывая какую-то мелодию, Ведун вышел из их землянки. Сидор же с Димоном остались, молча обдумывая произошедшее.
— Никогда не задумывался, чего это он с нами такой ласковый? Чего он с нами так носится?
Сидор не сводил с закрывшейся за ушедшим Ведуном дверью задумчиво-настороженного взгляда. На Димона он не смотрел.
— Чего ему от нас надо? — бросил он на Димона короткий, настороженный взгляд. — Ещё и в разборки с Подгорными князьями потихоньку нас втягивает.
— Ты этого не замечаешь?
— Ничего я тебе не скажу.
Димон следом за Сидором остановил свой взгляд на входной двери и с задумчивым видом принялся яростно трясти мизинцем в ухе.
В комнате надолго повисла какая-то неопределённость.
— Думаешь, нам стоит влезать в эти его разборки с Подгорным князем? — спустя некоторое время нарушил молчание Димон.
— Думаю, что волка надо обкладывать в его берлоге, — хмыкнул в ответ Сидор.
— А что, у волка есть берлога? — сердито посмотрел на товарища мрачный Димон. — Спасибо что просветил, а то я не знал.
— Пожалуйста, — пожал плечами Сидор. — А насчёт князя, я тебе так скажу. Мы к в разборках с ними та по самые уши. Только этого пока не понимаем. Зима отрезала наше захолустье ото всего мира и поэтому нам кажется что про нас все забыли. А вот когда придёт лето, когда на Лонгаре установится наконец-то навигация…
— Вот тогда он нам покажет, где раки зимуют.
