После лондонского мрака Париж из окна экипажа показался Соловьеву светлым и веселым, хотя в Лондоне под дымно-облачным покровом и влиянием Гольфстрима было заметно теплее. «Ну, так в Египте будет еще теплее», — подумал он, плотнее запахивая пальто. Вроде, только вчера писал матери о своем решении отправиться на несколько месяцев в Египет, чтобы не присылала шубу, от которой все равно проку не будет, потому что в доме холоднее, чем на улице, а вот уже и Дувр с черными некрасивыми домами и мрачным замком, и переполненный пароходами и парусными судами Па-де-Кале со свежим ветром и широкой и сильной волной позади, и Кале, до которого от пристани, похожей на деревянный помост, чтобы не ждать вагонов, он добрался пешком по насыпи, которую, по словам местного жителя на пристани, море захлестывает только во время прилива. Но прилив должен был начаться еще не скоро, а ждать было скучно. Ранняя утренняя прогулка и правда оказалась интересной. Узенькая полоска насыпи тянулась очень далеко. Впереди — у конца ее — чуть виднелись огоньки Кале. По обе стороны насыпи в разных местах на открывшемся морском дне лежали на боку суда в ожидании, когда их снова поднимет прилив и они из ленивых лежебок превратятся в покорителей волн. По дороге он любовался прекрасным маяком, который, то подымая луч высоко в небо, то скользя по воде, описывал гигантские круги в туманной утренней дымке.
Железнодорожный путь от Кале до Парижа оказался скучен. Ровная, гладкая нормандская равнина и неприметные поселки. Правда, от монотонности пути в голове снова начали складываться стихотворные строки, которые скрасили дорогу. «В Египте будь!» — внутри раздался голос. В Париж! — и к югу пар меня несет», — мысленно повторил Соловьев строки, придуманные в вагоне, и вдруг рассмеялся, потому что в голову только сейчас пришло совершенно неожиданное продолжение: «С рассудком чувство даже не боролось: рассудок промолчал, как… идиот». Последнее слово, конечно, внешне грубовато, — подумал он, — но коли вспомнить князя Мышкина из романа Федора Михайловича Достоевского, то вроде бы и неплохо. Даже глубже, чем на первый взгляд может показаться»…
