Обратно Александра возвращалась не спеша, с удовольствием вдыхая наполненный пряными ароматами теплый воздух Каира и с улыбкой наблюдая оживленный сумбур и беспорядочное движение машин и пешеходов, никак не связанное с переключением светофоров, которые ничего не регулировали, а просто жили самостоятельной трехцветной жизнью. Правила движения не соблюдал никто. И не потому что их не было, а потому, что не соблюдать — было гораздо веселее. Каждый шел и ехал, как хотел, непредсказуемо поворачивал и останавливался, добродушно прощая ошибки других, и не сомневаясь в прощении собственных. Казалось, щедрое солнце подарило жителям города кончики своих ресниц, и оттого их глаза светились восторгом. Особенно при взгляде на нее. Хотя кофточка и юбка на ней были самые обычные. Из московского бутика Кузиного приятеля.
Обойдя повозку с печеным картофелем, она замедлила шаг, увидев забавную сценку. Пожилой араб, колоритный даже в серой галабее, предлагал прохожим еду. Наверное, тот самый знаменитый египетский «фуль» — блюдо из бобов, а может, гороха, точно она не помнила, потому что путеводитель перед поездкой едва успела пролистать. Мужчины-прохожие, которые не смогли устоять перед искушением перекусить, с аппетитом уплетали светло-коричневую, густую массу из разовых прозрачных мисочек, избрав в качестве обеденных столов и стульев капоты и багажники припаркованных рядом машин, владельцы которых совершенно очевидно не были против. Во всяком случае, с монтировкой или бейсбольной битой в руках никто рядом не бегал.
У входа в фойе дома она снова улыбнулась — худенький арабский юноша, сидя на корточках, самозабвенно пел песню. Сам для себя. Слов она не понимала, но было очевидно, что песня была о чем-то хорошем. Она подошла к лифту и нажала кнопку вызова.
— Александра Юрьевна? Очень приятно! — голос за спиной заставил обернуться. — Мы вас ждали. Я — Стелла Петровна — жена Ивана Фомича.
— Очень рада! — ответила Александра, вглядываясь в собеседницу и пытаясь интуитивно понять, какие сюрпризы готовит знакомство. Напряжение не возникло. Перед ней стояла пожилая русоволосая женщина, с будто выцветшими от тайных слез глазами и милой усталой полуулыбкой.
— Присядем? — предложила новая знакомая, указывая в сторону внутреннего дворика.
Они прошли сквозь фойе в придомовой оазис с зеленым газоном, цветочными клумбами, апельсиновыми деревьями, фонтаном, щедро дарившим утреннюю свежесть весело чирикающим воробьям, небольшим плавательным бассейном, манившим прохладой прозрачной воды, и устроились на плетеных стульях возле пластикового столика.
— Хорошо, что вы приехали! — Стелла Петровна печально улыбнулась. — Я рада, что хоть с кем-то можно будет поговорить. Здесь такой народ… — она удрученно покачала головой. — Такой уровень… Мука, просто мука. Никому ни до чего нет дела. Сплошная серость. Многие даже в церковь не ходят! — скорбно сообщила она.
Александра сочувственно кивнула.
— А у нас прекрасный батюшка в храме Дмитрия Солунского. Светлый, добрый человек. А женщины…
Александра чуть напряглась — ее абсолютно не интересовала женская коммунальная загранкухня. Стелла Петровна, видимо, почувствовала это и умело перевела разговор на другую тему. Они немного поговорили еще — об арабах, которые, конечно же почти все «тупые», о невыносимой погоде, без настоящей снежной и морозной русской зимы, о московском начальстве, которое не учитывает местные условия и заставляет «прыгать через голову». Наконец, дошли до главного — мужчин. Александра благоразумно заявила, что в личной жизни у нее все в порядке и приехала она ненадолго — собирать материалы для докторской диссертации. В свою очередь, Стелла Петровна с улыбкой матери, прощающей любые проказы любимого чада, поведала, что ей с мужем повезло, потому что с ним не соскучишься.
— Сегодня, кстати, у нас праздник — курбан-байрам, — сообщила она. — Жертвоприношение. Барана будем резать. Приходите!
— Барана резать? — улыбнувшись, уточнила Александра.
— Зачем же резать? — недоуменно пожала плечами собеседница. — Вечером мясо приготовят и принесут. А мы собираемся нашим узким кругом. Придете?
— Так вроде праздник жертвоприношения у мусульман еще весной был? Хадж закончился, и столбы дьявола в Мекке семью камнями уже давно забросали, — блеснула эрудицией Александра.
— А-а, — Стелла Петровна махнула рукой. — Тот праздник просто байрам назывался. А у нас тут раз в месяц свой собственный курбан-байрам. Для сплочения коллектива. Мангал один, поэтому все недели по организациям жильцов расписаны. Сегодня наша очередь.
— Гадать на внутренностях будем? — весело поинтересовалась Александра.
Стелла Петровна удивленно подняла брови.
— Как в Древнем Риме, — уточнила гостья.
— Зачем же гадать? Мы ж чай не язычники, а православные! Кушать будем…
«Доктор уже в Каире. Надо, чтобы наш общий знакомый ее посмотрел. Его мнение важно».
Курсор на экране ноутбука перескочил к окошку с командой «Отправить». Неутомимый электронный почтальон, подхватив письмо, стремительно умчался в просторы всемирной паутины…
