– Да, госпожа, – подтвердила горничная. «Джон, – едва слышно вздохнула она, – будет недоволен этим откровением».
– Платье для бал-маскарада – подарок барона к моему восемнадцатилетию, – вслух размышляла меж тем Анна-Мария. Внезапно она резко развернулась и, не говоря более ни слова, покинула гостиную.
Воскресшая было надежда Лайзы на бал и на исполнение плана по краже чести графа Торре, вновь начала угасать. Юная баронесса не смогла прямо отказать мадам Дорин, не желая обидеть почтенную даму. Но Анна-Мария, несомненно, найдет способ остаться дома.
«Жаль, – вздохнула Лайза, – столичное общество не сможет по достоинству оценить подарок барона Грея его супруге. А впрочем, их благородия об этом даже и не подумают…»
Лайза невольно улыбнулась. Кажется, она случайно нашла нечто общее между бароном и баронессой Грей.
* * *
Девушка в роскошном синем платье подошла к перилам балкона, коснулась их ладонью в белоснежной перчатке и устремила взгляд на пары, вальсирующие этажом ниже. Сопровождающий ее светловолосый молодой человек лет двадцати пяти почти в точности повторил движения девушки, только взгляд свой обратил не на людей, а на саму красавицу.
– Так каков же будет ваш ответ, Прекрасная Незнакомка?
Девушка чуть улыбнулась.
– А какой бы ответ вам хотелось услышать, граф? – бархатным голосом произнесла девушка. Кокетливо поправив маску на лице, она повернулась к своему кавалеру, ожидая теперь его ответа.
– «Да», разумеется. А какой же еще ответ может желать услышать безумно влюбленный от объекта своего преклонения?
Девушка, вероятно, покраснела, но из-за маски на лице и в силу скудности освещения на балконе граф Торре не заметил этого.
– Вы так щедры на комплименты, граф, что я теряюсь.
– Я еще и вполовину не так щедр, как следовало бы. Прекрасная Незнакомка, молю вас, не томите меня более. Дайте мне надежду.
– Ну, будь по вашему, граф. Мы встретимся еще раз.
Граф приблизился к девушке и едва сдержался, чтобы не заключить ее в свои объятья. Это не делало ему чести, но красноречиво свидетельствовало об искренности овладевших им чувств.
– Где? И когда? Быть может, третьего числа?
– А разве третьего января будет какой-нибудь бал?
– Отсутствие приглашений говорит, что нет. Однако все в нашей власти. У нас ведь есть средства его устроить. Или вы не вольны распоряжаться своими?
Девушка повернулась к пылкому молодому человеку, прислонила палец к губам, давая понять, что граф Торре зашел несколько дальше дозволенного. Мимо них неспешно проплыли двое дворян, и на некоторое время кавалеру и даме пришлось оставить разговор.
– Не понимаю, о чем вы, граф. Вы, верно, с кем-то спутали меня, – промолвила девушка, когда уже никто не мог их подслушать.
– Я понимаю, – прошептал молодой человек, и тут же, спохватившись, прибавил: – Да, очень может быть, что я ошибся. В таком случае, не угодно ли вам будет назначить днем нашей встречи четвертое число? На этот день не назначено никакого бала, но мое загородное имение совершенно свободно. Полчаса в пути не утомят вас, я уверен.
Прекрасная Незнакомка улыбнулась.
– Вы пришлете за мной экипаж?
– Как вам будет угодно.
– В таком случае, пришлите его… на площадь перед городскими часами ближе к одиннадцати. Я буду ждать возле них. Пусть кучер ваш спросит у меня время.
– Время? Какой забавный пароль вы придумали, моя Прекрасная Незнакомка.
– Я люблю невинные забавы, – девушка протянула графу свою руку для поцелуя. Оказав эту милость, она вдруг стала серьезной и потребовала, чтобы кавалер покинул ее.
Граф Торре, если и хотел остаться, не посмел воспротивиться воле возлюбленной и на крыльях любви упорхнул к танцующим гостям мадам Дорин. Девушка проводила его снисходительной и в тоже время выражавшей абсолютное торжество улыбкой. Оставшись в одиночестве, она прикрыла ладонью рот и негромко рассмеялась.
– Мальчишка… – сорвалось с ее губ.
Проходивший мимо девушки кардинал Линн посчитал, что она к нему обратилась (он не расслышал слова, только звук ее голоса). Священнослужитель остановился в паре шагов и долгим внимательным взглядом изучал Прекрасную Незнакомку. Выражение его лица, не скрытое маской, при этом то хмурилось, то просветлялось, будто важная тайна постепенно открывалась ему. Сцепив руки на груди, кардинал подошел к девушке и покашливанием обратил на себя внимание.
– Ваше высокопреосвященство! – встрепенулась девушка. – Могу я вам помочь?
– Нет, дочь моя. Я принял вас за другую. Веселитесь и не думайте ни о чем.
Кардинал еще раз посмотрел на девушку, желая последний раз убедиться в своей ошибке, после чего продолжил путь. Прекрасная Незнакомка нахмурилась. То, что кардинал принял ее за другую, девушку нисколько не смущало. Ее озадачило то, что священнослужитель, по всей видимости, искал встречи с той – другой.
Впрочем, поведение кардинала, равно как и все последующие события, имевшие место на балу мадам Дорин в доме ее друга, не имели более для Прекрасной Незнакомки никакого значения. Ее роль была превосходно сыграна, граф Торре прочно запутался в ее сетях. Девушка подозвала лакея и велела подать свою карету.
