— Да ты скоро вновь красоткой станешь, — она рассмеялась, но Брегантину ситуация совсем не веселила, — Может так и было. С чего ты взяла, что они все были седыми?
— Конечно же все! Это ты? Что ты наделала? Люди заметят и как такое объяснить?
— Придется перекраситься в седовласку. Правда, я не знаю таких средств, — Виола не могла удержаться, ее разбирал смех от волнения давней знакомой, — или давай вернем твой природный оттенок, насыщенный каштан, а морщинки подчеркнут чудную красоту, — она рассмеялась, но вскоре продолжила более серьезным тоном. — Но вообще интересно. По законам этого мира такое не должно происходить. Может они действительно были и раньше, да ты не замечала?
— По-твоему, я свихнулась на старости лет? Не было их! Лет сто, наверное!
— Не горячись, разберемся. Думаю тут, кто-то из молодежи решил подшутить.
— Ну и шуточки. Что ж теперь делать?
— Попробуем бенайрис. Хотя это долго…
— Я вижу тысячи людей ежедневно. Прикажешь, каждому напялить бенайрис? Да и что, по-твоему, шутник признается сам? Скажет: «О да, вы седые в очках, а так чистая шатенка».
Виола улыбнулась:
— Это из ближайшего окружения. Кто-то из друзей. Думаю разумней притвориться, что ничего не происходит, так хулиган сам начнет волноваться и выдаст себя или же позабудет о проказе, и она постепенно растает.
— А если начнутся вопросы?
— Придумай что-нибудь. Скажи, например, что решила сменить имидж, — Виола рассмеялась.
— Очень смешно. Спасибо за поддержку. Сама придумаю правдоподобную историю.
— Не переживай ты так, Брегантина. Собирайся, а я пока заварю тебе малину. Я сегодня никуда не спешу, выпью и сама немного, что-то ноги ломить начало. Наверное чувствуют осень…
— Я не буду отвар. Некогда мне, много дел. А ты выпей, а-то скрип твоих костей мне всю ночь спать не давал, — Брегантина рассмеялась своей сладкой дружеской мести, а Виола недовольно поковыляла прочь.
Директриса причесала волосы, затем заплела нетугую косу и закрутила ту на голове. Плетение скрылось под широким кольцом аккуратного пучка, который закрепили двумя десятками шпилек и заколок. Черное платье с пышной юбкой без кринолина прикрыло тканевые туфельки на невысоком каблучке, сделавшие мисс директора на пяток сантиметров выше ее миниатюрного роста.
— Виола я ухожу!
— Хорошо! Удачи, старушка-молодуха…
Брегантина вышла в дверной проем комнаты и ехидный смех ее подруги оборвался.
Директриса стояла в холле Купола Природы: тишина, вокруг никого. Брегантина присела на мраморную скамью и задумалась. Перебирая в памяти всех мечтателей, она анализировала каждого. Кто придумал шутить над ее возрастом и статусом? А может это вышло случайно?
— Ох уж эти мечтатели. Трудно с вами, но без вас вовсе невозможно, — он ухмыльнулась и, топнув каблучками, вскочила, — сегодня она была полна энергии. Сделать предстояло немало важных дел.
Звонко отдавались эхом в просторном помещении снабженные набойками каблучки: Брегантина направлялась на важную встречу. Пока школа пустовала, надо было кое-что проверить.
Коридор «Саванны» вызвал дрожь от утренней прохлады, вливающейся из распахнутых окон. За летний период рамы заполонили вьюны, и теперь придется немало с ними повозиться, когда наступят настоящие холода. Но не сейчас, еще пару месяцев теплого времени порадуют обитателей Воллдрима, хотя в ранние часы становились немного прохладней. Дверь в кабинет мелких млекопитающих покачивалась, тонкий проем медленно сужался и расширялся от гуляющего по коридорам свежего воздуха. Брегантина открыла дверь:
— Доброе утро, Пенелопа. Ты уже здесь? Это хорошо.
— Здравствуйте, мисс Брегантина. Я тут вожусь с малышами Груньки. Скоро их можно будет выпустить.
— Ты молодец. Спасла малышей, когда их матушка погибла.
— Вы знаете, если б они были немного меньше, думаю, даже я не смогла бы им помочь. Но вместе мы их выходили. А вот эта — точная копия своей мамы морской свинки.
— Точно, похожа! — Брегантина подошла к аквариуму, где миниатюрная Грунька раскручивала, перебирая лапками, деревянное колесико, служащее для разминки грызунов, живущих в ограниченном пространстве. Ее братья и сестры, всего шесть малышей, занимались своими делами. Кто-то отдыхал на крохотном деревянном домике с прямой крышей, другие вынюхивали лакомства в тарелке с зерновой смесью, а один, полностью черный малыш, обхватив двумя лапками пестик от вертикальной поилки, толкал язычком шарик в отверстие, дабы отмерив живительную каплю свежей водицы, тот утолил его жажду. — Такие милые крошки, можно без конца наблюдать за ними.
— Да вы правы. Я столько с Грунькой возилась. Так жаль ее, — Пенелопа поджала губу готовая расплакаться.
— Так мисс Хайвон! Нам предстоит важное дело. Пока никого нет, мы должны разрешить одну задачу.
Пенелопа выдохнула и шмыгнула носом:
— Я в порядке и уже закончила здесь все дела. Мы можем идти!
