Занятия окончились, и он шагал по главному холлу Купола Природы. Мистер Генри Смолг сидел на краю сцены, заложив ногу за ногу — он что-то читал. Кирк, как воспитанный молодой мужчина, решил проявить вежливость и поинтересоваться здоровьем Элфи, тем более это его действительно тревожило. Но вдруг мистер Генри вскочил и подошел к Дриммерну, похлопал того по плечу и они разговорившись отправились куда-то. По всей видимости, мистер Смолг ждал именно Харма и так обрадовался его появлению, что позабыл свою книгу. Кирк подошел и не смог прочесть название на переплете. Однако узнал символы — точно такие же красовались на люстре в кабинете отца.
Что же было потом? Кирк намеревался догнать мистера Смолга и вернуть ему книгу, но подходить к тому, пока рядом находился Харму, ему не хотелось. Иметь что-то общее, хоть всего-то собеседника, можно, но демонстрировать — это уж слишком!
Кирк проследил за ними. Те довольно долго ходили по коридорам школы, а потом зашли в кабинет. Один из тех, что посещали вэйосы, с десятком аквариумов. Они прикрыли дверь. Кирк остался поодаль, но его разбирало любопытство, и он подошел, осмотрелся — никого, приложил ухо и через пару секунд выпрямился — послышались шаги и голоса бродящей по школе молодежи. Какая нелепость — подслушивать. Он зашел за угол и оперся о стену, то и дело выглядывая. Вскоре выскочил довольный Харм и вприпрыжку почесал прочь.
Кирк задумался: «Что же делать? Зайти? Подумают — следил. Подожду, пока мистер Генри выйдет», — но минуло с десяток минут и Кирку надоело ждать. Он вышел в коридор «морских глубин» и подошел к двери — закрыта, тишина. Из щели под дверью ударил ветер — видимо открыли окно. И Кирк сразу услышал голоса, мужской и женский.
— Здравствуйте мисс Брегантина! — Кирк обомлел. Откуда она взялась? Может там есть другой проход?
— Генри, здравствуй! Я ненадолго, поэтому сразу спрошу, как успехи у малыша Харма?
— Чудесно в плане разума, похуже этикет, я думаю это вовсе не его, — он рассмеялся.
— Это точно, да, да. Но я не за тем прикрепила тебя к нему, — мисс Брегантина тоже смеялась. — Ты знаешь, что меня интересует? Мечты, его мечтательство, ты контролируешь их?
— Это, пожалуй, невозможно. За такой срок, да и мечты обуздать по силам лишь самому мечтателю, вы ведь знаете.
«Что?!» — После таких слов Кирка ничто не смущало, он прижался ухом к двери, и прохожие ученики перестали существовать в этом акте расследования, хотя те укоризненно поглядывали на невоспитанного вэйоса.
А Брегантина продолжала беседовать с мистером Смолгом:
— Конечно. Но все же давай серьезней.
— Я уверен, Харма ждет Уголок Просвещения и бесконечность за его дверями. Он научится чуду в душе, но в ней много несчастья, гораздо больше, чем вы думали.
— Как же тебе не стыдно вэйос?! — на Кирка смотрела два глаза налитых яростным укором.
Один из учителей застал ученика за неподобающим занятием. Он упер кулаки в свои раздутые бока и склонил голову к Кирку, отчего треугольная прядь седых волос опустилась на нос учителя.
— Что?
— Какой позор! Ты кто? — учитель выпрямился и не сводил глаз с Кирка.
— Я?..
За дверью послышались шаги, и Кирк рванул с места. Будто водитель гоночного автомобиля вдавил педаль газа, и машина, прихватив с собой привязанного к ней невидимым канатом Кирка, умотала в неизвестном направлении. Через секунду Кирк скрылся за поворотом и гнал, что было сил до самого дома.
Вспоминая это преинтереснейшее происшествие, Кирка кольнула зависть:
— Столько тайн мира, но Дриммерн только появился, а ему прочат блеск и знания за пределами общедоступного. Почему?
Позорная сцена с подслушиванием, а точнее факт его обнаружения, покоробила самолюбие Беккета, но теперь он понял — Харм из «мечтателей», они же «просвещенные»! Кирк не сожалел, ведь знания никогда не стоят сожаления.
— Все-таки необходим природный талант. У меня-то он должен быть! Я отнюдь не прост! — Взгляд Кирка обшаривал стены кабинета, впрочем, скорее его мысли блуждали в мозговых извилинах, а глаза лишь повиновались невидимому сражению интеллекта. Он помотал головой и взял в руки ту самую, забытую мистером Генри книгу. Теперь отдавать ее неудобно. Откуда она у него? Да и в томике гораздо больше символов. Так легче расшифровать загадочный язык. К тому же на страницах встречаются фразы старофроландского и еще пяти-шести неизвестных языков. Ничего подобного на корпусе Мировых Яыков он не видел, а тот пестрел фразами с сотен известных говоров и наречий! Еще та загадка!
«Эти просвещенные не так просты. Ими могут оказаться учителя и, даже, некоторые ученики», — теперь Кирк понял это. «Помощи ждать ниоткуда. Да и не зря отец говорил: „Ты станешь умнейшим из людей!“».
Мама всегда одергивала отца, когда он внушал подобное сыну.
«Да откуда ей знать, что же будет на самом деле? Она вовсе не ученая, в отличии от папы! Тому явно видней! А если так — я разгадаю любую головоломку!»
